«Развенчивание мифов о вайшнавах» (часть 2). Статья из журнала ‘The Harmonist’ под редакцией Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура (на русском и английском языках)


Russian

Развенчивание мифов о вайшнавах
(часть 2):
Вайшнавам не достает разума, рациональности,
образования и здравого смысла

Статья из журнала ‘The Harmonist’,
издаваемого под редакцией
Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура
в 20–30-е годы XX столетия

(из восьмого номера XXVII тома за январь 1930 года)

 

Вайшнавы проявляют высочайший здравый смысл во всех делах, касающихся этого мира. Их могут ошибочно обвинять в отсутствии здравомыслия лишь те, кто не уделяет этому предмету достаточно внимания. В действительности вайшнавы настолько благоразумны, что практически невозможно до конца постичь всю глубину их поступков. Священные писания провозглашают, что Господь Шри Кришна относится к каждой душе в точности так, как она сама относится к Нему. Вайшнав обладает подобным тактом Шри Кришны. Он служит Шри Кришне и лишь Ему во всех своих делах. Он поступает так все время и при всех обстоятельствах. Но в этом мире он всегда имеет дело с людьми, которые не расположены служить Шри Кришне. Каждая падшая душа хочет служить лишь себе, или, иными словами, наслаждаться всеми теми возможностями, что доступны в этом мире для личного удовлетворения. Проливая на всех Свою милость, Шри Кришна не одобряет такую жизнь, поскольку она может крайне пагубно сказаться на самом существовании сознательной личности. Но пока в падшей душе доминирует такая эгоистическая склонность, она не хочет делать ничего, что не согласуется в ее понимании с этой пагубной целью. Шри Кришна поступает с этими своенравными бунтарями в высшей степени тактично, исправляя их заблуждения, но при этом не лишая свободы воли. Эту работу Господь поручает Своей иллюзорной энергии, которая обуславливает падшую дживу в этом мире различной деятельностью, направленной на погоню за несбыточным. Под ее умелым управлением индивидуальная душа обретает уверенность, что этот мир устроен совершенным образом для реализации ее эгоистических идеалов, и прилагает множество усилий для достижения этой «благородной» цели под руководством своего «проницательного» интеллекта. Фактически иллюзорная энергия Шри Кришны обещает падшей душе владычество над всей вселенной. Эта чародейка всегда пытается обольстить этим обещанием своих глупых жертв, которым предлагает множество наслаждений в качестве награды за некую материалистичную деятельность, однако при этом она устилает путь к этим сомнительным радостям бесконечной чередой препятствий. Вскоре падшая душа понимает, что никакие мирские способности не способны помочь ей в достижении цели этого поиска. Но при этом она всегда готова оправдать любые свои поступки и строит множество планов, чтобы избежать подобных ошибок в будущем.

Как мы видим, это понимание, а также склонность падшей души к материалистичной деятельности полностью управляется иллюзорной энергией Шри Кришны. Но, находясь во власти иллюзорной энергии, падшая душа даже не подозревает, что становится жертвой обмана. Она радуется тому, что обладает благоразумием, позволяющим ей в равной степени использовать как свой успех, так и неудачу для достижения цели. Она полагает, что неудачи помогают ей двигаться к желанной цели точно так же, как и успех. Поэтому она с готовностью принимает все неудачи, надеясь в конце концов достичь полного успеха.

Если мы попытаемся проанализировать причину того, что побудило душу на эгоистический поиск личного счастья, который сопровождает деградацию падшей души, то обнаружим, что всему виной ее изначальное заблуждение относительно природы своей цели и ее необходимости для самой души. Падшая душа принимает свое естество за скопление мимолетных прихотей и капризов, а свою цель за вечно изменчивое удовлетворение временных желаний. Ее «благоразумие» состоит в ее упрямой способности держаться за свои иллюзии, которые она рискует утратить благодаря своим бесконечным и неизбежным разочарованиям. Она полагает, что в этом состоит ее судьба — постоянно разочаровываться и быть игрушкой страстей и предубеждений. Ее «благоразумие» состоит в упорных попытках извлечь случайный глоток сомнительного счастья из большого стечения бесперспективных обстоятельств и в конце помогает ей достичь такого скромного успеха, который совершенно не стоит всех потраченных на это усилий. Так это благоразумие падшей души играет на руку иллюзорной энергии Бога и помогает навечно продлить ее невежество и страдания, являющиеся неизбежными следствиями ее пренебрежения истиной.

Неудивительно, что когда человек, гордящийся таким благоразумием, видит его отсутствие в других, он ликует, считая это своей персональной величайшей удачей. Тогда как вайшнав подлинно благоразумен, поскольку он один может ясно понять милосердие и мудрость заблуждений, приходящих по воле Шри Кришны для обмана невежественных и эгоистичных людей описанным выше способом. Истинное благоразумие подразумевает ясное понимание собственных способностей, мотивации своих поступков и природы тех, с кем имеешь дело. Мирянин в действительности не обладает ничем из перечисленного. Вайшнавы подробно разобрали нынешнее существование людей и других живых существ, которых можно объединить в категорию разумных существ. По-видимому, в этом также состоит цель интеллектуальных усилий людей. Но эта цель всегда остается непонятой интеллектуалами, которые никогда не устают бестактно восхвалять эффективность собственных методов. Интеллектуалы воспринимают себя в качестве единственных, кто наделен разумом. Они выказывают недоверие любому методу, в котором почетное место не отводится человеческому мозгу.

Те, кто очарован таким интеллектуальным подходом, склонны забывать, что прежде чем ожидать положительный результат от умственной деятельности, человек должен тщательно осмыслить свои мотивы и цели. Не стоит принимать как само собой разумеющееся, что любое интеллектуальное усилие всегда возвышает человека. Умственная деятельность человека может также привести его к деградации через его мирские склонности. Интеллект можно легко применить во вред другим. Люди этого мира обычно используют свои интеллектуальные способности, пытаясь разбогатеть и обеспечить себе комфортное и приятное земное существование. Если человек не находит себе надлежащую цель для применения своего разума, он может пойти по неверному пути, что неизбежно приведет к губительным последствиям.

Как только человек приходит в этом мире к пониманию своих интеллектуальных способностей, он тут же видит, куда и как приложить свой разум, руководствуясь совокупными усилиями интеллектуалов всех прошлых поколений. По сути, его мягко убеждают принять определенный образ действий. Как полагают его доброжелатели, его преданность необходимо использовать в согласии со стандартами существующей эпохи. Так он становится вынужден занять некое положение. А те, кто всячески навязывает эту роль своему протеже, совершенно необоснованно полагают, что приносят ему этим огромную пользу.

Во всяком случае мнения людей сходятся в том, что рудиментарные части установленной образовательной системы, призванной научить каждого всему необходимому для стандартной интеллектуальной занятости в будущем, являются той незаменимой и независимой целью, которая оправдывает все несовершенства метода ее достижения. Например, детские учителя не сомневаются в том, что умение читать, писать и считать совершенно необходимо и обязательно для каждого ученика. Полагается, как само собой разумеющееся, что умение читать, писать и считать должно сформировать основу всего знания человека. Но что если окажется, что навязанные в детстве стереотипы становятся теми путами, что сковывают интеллект и мешают ему действовать естественным и должным образом? Нет ничего, что могло бы застраховать нас от подобной вероятности.

Эмпирическая система образования может быть признана повсеместно, лишь если будет доказано, что эмпирический подход существенно помогает нам достичь той истины, которую мы принимаем своей целью. Весь мир убежден в том, что мы непременно, шаг за шагом приближаемся или по крайней мере движемся в сторону истины. Настоятельно утверждается, что наше поколение самое мудрое, поскольку в дополнение к совершенным нами достижениям и открытиям у нас есть преимущество, состоящее в наследии всего накопленного знания мира. Но не могут ли все эти достижения быть для души всего лишь прахом и тленом? Разве такое бесполезное и вредное стремление к совершенно неверному идеалу знания и прогресса не могло отклонить нас от истины?

На этот вопрос оптимист скажет «нет» на основании абсолютной веры в то, что материальные способности с течением времени лишь неуклонно возрастают. Предполагается, что поскольку Бог милосерден, Его управление несет всем нам одно благо, даже если мы не понимаем этого. Утверждается, что в этом материальном мире ничего не может пойти неправильно в какой-либо момент времени, поскольку тут же приводится в порядок обратным действием, вызванным самим этим отклонением. Так проявляется этот самокорректирующий принцип, действующий по милости самого провидения. Однако все подобные рассуждения, по сути, не отвечают на заданный вопрос, а просто уводят мысль в сторону.

Мы видим, что нас побуждает двигаться вперед почти механически некая непреодолимая сила, что устраивает внешне воспринимаемый порядок вещей (во всяком случае частично) как последствия наших усилий. Но у нас нет никакой гарантии в том, что это быстрое продвижение вперед сквозь череду непрестанно меняющихся сцен и обстоятельств приведет нас к истине. По всей видимости, мы являемся неотъемлемой частью этого движения и находимся целиком в его власти. Мы не знаем, когда начал существовать этот мир и когда наступит его конец. Наше знание — это подарок этого мира. Порою оно может приоткрыть нам некие тайны своей природы, однако при этом всегда остается несовершенным и обманчивым. Будет ли правильно продолжать называть это благотворным и самокорректирующим устройством провидения, ведущим нас к истине?

Наш нынешний опыт никогда с этим не согласится. Во-первых, возникает вопрос, касающийся каждого из нас индивидуально. Человеческая раса выживает, тогда как индивидуумы гибнут. Если смерть настигает меня, а я не успел достичь успеха на пути к истине, то будут ли все мои достижения потеряны лично для меня? Не важно, верю я в перерождение или нет, это ничего существенно не меняет. Разве есть какое-то поколение, которое принимает все достижения прошлого и строго их придерживается? Гораздо правдоподобней то, что любое поколение никогда не повторяет жизненный путь своих родителей. Каждый выбирает сам, что ему принять, а что отвергнуть. И почти всегда любое наследие подвергается переосмыслению и реформации. Поэтому было бы вполне правильно заключить, что мы извлекаем некую выгоду из наших прошлых достижений, но при этом они зачастую создают трудности и сбивают с намеченного курса.

Даже если бы мы могли обрести полное благо из прежнего опыта человеческой расы, который неизменно приводит к расширению нашего кругозора, мы сразу же столкнулись бы с серьезнейшими возражениями, указывающими на целиком негативный характер полученной мудрости. Выходит, удел человечества состоит в том, что ему никогда не будет дано достичь позитивного аспекта Высшей Истины?

Так какова же польза от совокупных действий человеческой расы относительно цели всех их усилий? Цель всех эмпирических усилий состоит в постепенном преодолении всех естественных трудностей, стоящих перед человеком. Но эти трудности упорно отказываются изменить свою природу. Все это делает достижение наших целей временным и болезненным делом. Хотя вся эта ситуация видится нам нежелательной, но при этом нам кажется, что мы способны ее существенно улучшить. Мы полагаем, что правильное использование нашего интеллекта укажет нам, как достичь этих желанных изменений. Иными словами, мы надеемся, что наша интеллектуальная деятельность поможет нам изменить временную и болезненную природу наших отношений с этим миром, наполнив нашу жизнь радостью и стабильностью. Такова мечта всех эмпириков, то есть всех тех, кто верит в то, что прошлые достижения человеческой расы могут стать фундаментом для его дальнейшего прогресса.

Но вайшнавы говорят, что эти бесполезные усилия, так тщательно направляемые на то, чтобы устранить препятствия на пути достижения естественных запросов человека, сами по себе являются теми путами, что мешают нам прийти к постижению истины, которая может быть воспринята нами лишь в случае полного отказа от соблазна эгоистического наслаждения (как основного принципа эмпирического исследования), который, по сути, инициирует все эти бессмысленные усилия.

Именно эта преданность перед идолом чувственной свободы не дает нашему разуму воспринять Абсолютную Истину и увлекает его на поиск несбыточного. Но это не все. Преданность чувственным желаниям — логическое следствие отвержения Истины, то есть Всевышнего. Вслед за этим сразу же приходит наказание: душа деградирует и погружается в невежество, которое наполняет ее жизнь множеством страданий. Упорство в таком поиске указывает лишь на симптом подлинной болезни, которая является ничем иным, как намеренным предпочтением невежества и страданий вместо истины. Таким образом активное противостояние истине обрекает душу на бесконечные скитания в этом бренном мире.

Но те, кто выступает против истины, не остаются в бездействии, а начинают бороться против сил добра. Они делают целью своего поклонения могущественных богов в противовес поклонению единому Господу. Они устанавливают альтернативные стандарты истины в противовес изначальной Реальности. Им позволяется совершать все это, чтобы спасти их от полного уничтожения, и дается при этом возможность получить прощение, когда они, пресытившись своими бессмысленными преступлениями, искренне раскаются в своем противоестественном безумии, настраивающем их враждебно к источнику всего блага.

Нет никаких сомнений, что в этой безумной оргии чувств представлено самое бесстыдное нарушение принципов здравомыслия, разумности, рациональности, образования и фактически всех других благочестивых качеств. Деградировавшая душа, которая с восхищением взирает на свои жалкие достижения, никогда не устает восхвалять эти извращенные склонности, осуждая при этом все, что имеет даже самое отдаленное сходство с проявлениями добра и истины.

Миряне всегда усердно посвящают себя развитию тех качеств, что вызывают зависть в других людях, и при этом смеют заявлять, что надеются однажды установить «царство Божие» на этой земле!

Иллюзорная энергия дает им достаточно свободы, чтобы они могли действовать согласно своим предпочтениям и ни в чем себе не отказывали. Так они оказываются в положении, исполненном опасностей, трудностей, желаний, невежества, порока и всевозможного зла. Это их состояние целиком обусловлено и надуманно. Они — страшные дети своей своенравной злобы и безумия, которые служат противоестественным оправданием их поступков и дают возможность продолжать их нечестивую и глупую деятельность, являющуюся, по сути, вызовом против истины.

Без сомнений, это самая отвратительная картина достижений и стремлений человеческой цивилизации. Едва ли возможно представить более пессимистичное положение, чем нынешнее состояние дел в этом мире. Легко осуждать безумие и пороки человечества и презрительно насмехаться над неудачными попытками людей улучшить тяжелую судьбу человеческой расы, которые берут свое начало в глубокой жалости к падшему состоянию человека. Но не является ли такой пессимизм более худшей формой зла, чем то, что этот человек стремится осудить?

Таково конструктивное оправдание атеизма. С другой стороны, это доказывает бесплодность всех этих достижений. Это верно в том отношении, что несомненно существует самое изощренное проявление бесплодного пессимизма, под влиянием которого человек ничего не хочет делать, лицемерно оправдываясь отсутствием достойных дел, однако в действительности он поступает так, лишь чтобы жить праздной жизнью за счет тех, чьи пороки он осуждает, и в качестве награды за выполнение долга по осуждению тех, кого хочет эксплуатировать. В царстве иллюзорной энергии плохие вещи происходят парами. Так этот никчемный оптимизм противопоставляется крайнему пессимизму, и трудно сказать, что из них хуже, а что лучше.

Тот пессимизм, что согласно своему извращенному уразумению мы можем усмотреть в отношении вайшнава к этому миру, не является результатом антипатичной и лицемерной жадности, лености и преступного намерения. Вайшнавы не соглашаются с деятельностью мирских людей на том основании, что люди этого мира не действуют в действительности, а лишь обманывают себя демонстрацией деятельности.

Те, кто находится в рабстве у грубых чувств, не могут не смотреть на все через призму недальновидного восприятия, которое благоволит лишь к действиям, по всей видимости, обещающим временную отсрочку от самых неотложных нужд и проблем, которые мешают им вести беззаботное существование. Любая форма деятельности, что имеет своей целью достижение непринужденной и комфортной жизни, — лишь опасная и ханжеская форма лености и бездействия, и поэтому подлежит осуждению. Вайшнавы свободны от оков грубых чувств, вызывающих такое недальновидное восприятие, и никогда не опускаются до продиктованных праздностью попыток выудить крохи счастья у матери-природы благодаря предосудительному злоупотреблению естественными устремлениями человека. Такова извращенная и внешне непосредственная жажда наслаждений, которая всегда норовит обмануть истинное здравомыслие чистой души. Эта порочная привычка происходит из-за страстного и исключительного стремления к внешним и случайным целям.

За все страдания и невежество этого бренного мира полностью ответственно то направление, которому следует человеческая цивилизация благодаря такому некорректному использованию интеллекта падшей души. Это происходит под деморализующим и разлагающим влиянием их предрасположенности к мирским и временным наслаждениям. Это неверное направление следует исправить, если мы действительно желаем вернуться в свое естественное состояние совершенного сознания, которое одно может гарантировать возможность рационального использования всех благочестивых качеств. Цель человеческих интересов не лежит в царстве бренной материи. Материалистичная цель никогда не может основываться на требовании индивидуального или всеобщего благосостояния на постоянной или истинной основе.

Достижения этой неверно направленной цивилизации нельзя записывать на счет нашего искаженного восприятия. Необходимо правильно оценить положение, отведенное провидением в системе этого феноменального мира. Наш интеллект не может ничего создать. Он может лишь отождествить себя с определенной линией поведения. Но фактическое развитие событий никогда не зависит от какой-то теории, которая может оказывать влияние на наши действия. Зачастую нас вынуждают действовать против своих убеждений. Мы должны всегда идти на компромисс. Поэтому будет неверным утверждать, что фактические достижения современной цивилизации — это по большей части продукт наших интеллектуальных усилий.

Было бы правильнее сказать, что наш разум еле поспевает за текущими событиями, пытаясь приспособиться к изменяющимся обстоятельствам с целью получения своей доли беззаботности и комфорта. Интеллект не должен притворяться, что верит в то, что события этого мира направлены лишь на жалкую цель содействия извращенным желаниям коррумпированного человечества, или же что он (интеллект) порожден безнравственными и предосудительными поступками падшей души. Зачастую такое положение дел подразумевается, чтобы оправдать следование тому курсу, который в действительности не несет ответственности ни за какую часть этих достижений.

Нет нужды полностью отрицать факт эволюции, чтобы опровергнуть требование тех действий, что вдохновлены эмпирическими теориями и нацелены на сознательное развитие мирских способностей в качестве единственной и в заметной мере эффективной мотивированной силы, стоящей за достижениями материальной цивилизации. Являясь исключительно продуктом иллюзорной энергии Бога, богини Майи, материальная цивилизация движется вперед в своем триумфальном шествии, ослепляя своими достижениями, при этом обманывая и увлекая за собой разум человека. Это калейдоскопическое шоу укрепляет веру человеческого разума (несмотря на его жалкое состояние) в то, что, подчиняясь силам материальной природы, можно достичь всего, а благодаря даже малейшей попытке стать независимым от ее утроб, порабощающих живое существо, можно потерять все.

Однако такое видение эволюции может болезненно затронуть самолюбие эмпириков, которые рассчитывают обеспечить себе львиную долю наслаждений с помощью этих достижений. Стремление к чувственным удовольствиям в действительности никак не может повлиять на ход событий этого мира. Напротив, оно не дает душе участвовать в реальном движении. К тому же падшая душа в своем загипнотизированном состоянии совершенно не склонна постичь или даже заподозрить, что находится в рабстве невежества. Душа опьяняется тщеславием от своих прошлых, нынешних и будущих мирских успехов, не осознавая, что у нее нет никаких дел за столом, который жестокая Чаровница (Майя) сервирует нескончаемым потоком изысканных блюд, что манят издалека восхитительными наслаждениями, но на деле приводят лишь к разочарованию. Эти истинные танталовы муки всегда сводят на нет безумные попытки падшей души утолить свою вечную жажду.

Падшая душа не в силах оборвать все отношения с этим миром. Она совершенно не желает избавляться от всех иллюзий. Но как только ею овладевает такое стремление, она начинает искать путь освобождения. На начальных этапах она полагается на свой разум, считая, что он в силах освободить ее из когтей иллюзорной энергии. Однако Майя невероятна могущественна и держит стремящуюся душу в железных рукавицах. Когда падшая душа понимает невозможность избавления, она считает мудрым прийти к любым возможным соглашениям, пытаясь выторговать приемлемые условия у своего врага. Но этот враг слишком умен и понимает все трудности ее положения и в полной мере пользуется этим, помещая свою беспомощную жертву в еще более зависимое положение. К этому неизбежно приводят все усилия падшей души, пытающейся освободить себя посредством эмпирического знания. Это еще сильнее погружает ее в рабство материальной природы и соответственно увеличивает степень ее невежества и страданий.

Эта внешне непорочная цивилизация, которую падшие и извращенные души принимают с таким восторженным энтузиазмом, не так невинна, как выглядит на первый взгляд. Как только душа направляет свои помыслы на использование научных изобретений в целях собственного наслаждения, она вынуждена пожинать страшные, но полностью оправданные последствия своего своенравного безумия. Хотя сравнительно легко осуждать безнравственные проявления современной цивилизации, не так-то просто сформулировать принципы правильного поведения в этом мире. Попытки в этом направлении были предприняты падшей душой и выражены в эмпирической науке об этике. Эта наука основывает свои рекомендации на доскональном изучении нашей психической деятельности. Предполагается, что ум не способен постичь истину из-за несовершенств, которые можно исправить самостоятельно. Поэтому рекомендуются методики самоанализа, благодаря которым можно заглянуть внутрь себя и понять природу ума. Мышление используется для объяснения самого себя. Это приводит к постоянному увеличению дальнейшего размышления относительно направления и содержания мысли. Но это лишь еще больше все запутывает, и уставший интеллект теряет интерес к этому исследованию, требуя быть мудрее в его бесполезном поиске, поскольку может теперь с уверенностью заявить, что невозможно своими собственными усилиями достичь знания о подлинном положении дел. Поэтому следует признать, что весь умственный поиск истины — это лишь движение по замкнутому кругу.

Суммарный результат этих этических изысканий состоит в усилении оппортунистического отношения, которое в свою очередь разрушает нашу веру в само существование (?) Абсолюта.

Священные писания единогласно утверждают, что душа по своей природе нуждается в должном подчинении принципу Абсолютной Истины через посредничество посланника, на которого не влияют сиюминутные безрассудные желания. У души нет никакой необходимости в обладании вещами этого мира или отказе от них. Наши умы неспособны принять что-либо из этого мира, не отказавшись при этом от чего-то другого, или же отказаться от чего-то, не приняв взамен множество других вещей. Так называемая «золотая середина» не является «золотой» вообще, а лишь указывает путь обычного развития событий. Это банальное и неудовлетворительное представление, которое принимает сбитая с толку душа, веря в то, что это сведет к минимуму все ее беспокойства и затруднения. Все эти методы порождены тщетными попытками запутавшегося разума разрешить все свои трудности своими собственными усилиями. В этом также представлены различные аспекты всеобщих усилий получить максимум мирских наслаждений.

Но тот, у кого есть подлинный опыт истины, должен непременно быть выше всех сиюминутных и безрассудных желаний. Вайшнав осознает абсолютного Господа, которому он служит. Его поведение в этом мире полностью направляется светом служения истине. Он способен с легкостью контролировать свои чувства. Тогда как запутавшиеся миряне, будучи рабами своих страстей, ошибочно принимают самообладание преданного истине за недостаток сообразительности и сноровки. Вайшнавы, несомненно, сообразительны и деятельны, поскольку их поведение совершенно естественно и единственно приемлемо для этого мира. Они не сдерживают и не дают волю своим чувствам в отношении вещей этого мира. Понять то, для чего они используют свои чувства, могут лишь те, кто сами не находятся в рабстве чувств.

Беда в том, что люди, которые сами погружены в поиск чувственных наслаждений, зачастую необоснованно полагают, что вправе судить о возвышенном и чистом понимании вайшнавов. Они видят, что внешнее поведение вайшнава не имеет никакой связи с земными устремлениями и не направлено на пропаганду чувственных наслаждений. Они, естественно, ставят это под сомнение, поскольку не находят того, что ищут. Хотя простое наблюдение со стороны может не побудить применить разум для заботы о благе души, однако понимание эзотерического аспекта помогло бы человеку отказаться от этого постыдного педантичного восприятия.

По милости Шри Гаурасундара, пришедшего в облике ачарьи, нашему взору открывается школа духовного образования, имеющая свое вечное существование в царстве Бога. Светские университеты обучают своих абитуриентов мирским специальностям с помощью различных интеллектуальных методик, разработанных специально для этой цели. Они проводят тщательно продуманные образовательные курсы, посвященные различным областям эмпирического знания, воплощающего в себе предположения и гипотезы человека об устройстве этого феноменального мира. Они справляются с этой задачей посредством звука, являющегося бесценным даром всемогущего Господа. Ясно выраженный звук в форме письма или разговорного языка позволяет человеку формулировать, передавать и накапливать базу человеческих знаний, содержащую в себе опыт человеческой расы. Университеты представляют собой центры образования, где это знание излагается методическим образом.

Ценность эмпирического знания человека точно выражена в афоризме «знание — сила». Мечта человека состоит в том, что всемилостивым провидением ему будет уготована роль владыки этого мира. Он любит наслаждаться благами этого мира, но считает, что его сковывает незнание законов материальной природы. Чтобы усилить свое наслаждение, ему необходимо установить свои подлинные отношения с природой. Согласно эмпирическому пониманию, эти отношения видятся как полное господство человека над природой. Пытаясь компенсировать одни силы природы за счет других, человек желает подчинить материальную природу своим целям, то есть сделать ее средством безграничного чувственного наслаждения.

Также считается, что на пути к этой цели уже достигнут достаточный прогресс. Но по иронии судьбы эти современные открытия всегда искажаются последующими изобретениями, создаваемыми с целью укрепления власти человека над материальной природой и представленными в качестве величественных достижений современной цивилизации и ее научной мысли. Миром сегодня управляют технические приспособления, которые позволяют человеку использовать силы природы в своих целях. Это также утверждается (без сомнений несколько несостоятельно) теми эмпириками, которые владеют цитаделями религии по всему миру в согласии с замыслом провидения, и поэтому это приравнивается к служению Богу в согласии с наставлениями священных писаний различный верований. В действительности религиозно настроенные эмпирики самоуверенно надеются однажды доказать при помощи науки мудрость всех религиозных заповедей. Единственная небольшая трудность, которая стоит на пути такой научной интерпретации священных писаний, состоит в том, что сама наука никогда ни в чем не уверена. Конечно, любой человек может придерживаться мнения, как это открыто делают множество известных и успешных лидеров человечества, что Абсолют (Бог) — это выдумка, а так называемые священные писания нуждаются в постоянном пересмотре и редакции. Тогда (если бы они открыто сказали, что Бога нет) их позиция была бы кристально ясна — решись они продемонстрировать публике свои песочные замки, невзирая на фундаментальные возражения самих писаний. В священных писаниях сказано, что материалистичные люди постоянно пытаются полностью отделить религию от жизни. По сути, она расценивается как величайшая угроза успеху науки в деле обеспечения благополучия человечества. Эмпирики придерживаются мнения, что религия несовместима с наукой, хотя и не могут этого доказать. То, что постижение Абсолюта возможно лишь по Его беспричинной милости, говорит о крайней бесполезности всех научных исследований. Таким образом, убежденный эмпирик в качестве самооправдания вынужден отрицать само существование Абсолюта.

Религиозно настроенные эмпирики понимают трудное положение ученых-эмпириков. Они спешат построить «примирительный мост», который помог бы подчинить религию науке. Существуют различные методики, благодаря которым эта политика подчинения всячески приукрашивается, что делается для облегчения ее принятия. Самым популярным считается метод научной интерпретации практик и доктрин религии. Но в этих частичных и мнимых доказательствах присутствует мешанина религии и науки. Такое умелое нападение на религию происходит в самом лагере религии в сотрудничестве с общепризнанным внешним противником.

Те религиозные фанатики, которые объединили свои судьбы с эмпириками, занимаются дотошной мирской интерпретацией религиозных доктрин и практик. Вегетарианская диета и совершение сандхьи благоприятно для здоровья. Дыхательные йогические упражнения приводят к долголетию, и т. д.

Без сомнения, что те доктрины и практики, которые выставляются этими профессорами как религиозные, редко бывают чисты от подобных предубеждений. Так, в результате такой систематической и бесчестной интерпретации, происходит повсеместное распространение поддельных религиозных доктрин и практик. Ложные доктрины и практики возникают также благодаря деятельности так называемых «реформаторских» движений, вдохновленных мирскими мотивами. Проходит время, и эти ложные интерпретации, согласно своей давности, начинают ошибочно восприниматься как часть священных писаний.

Таким образом с самого начала создания этого мира продолжается эта систематическая и всесторонняя попытка дискредитировать и сфальсифицировать религию. Следует признать, что эмпирическая наука никогда не благоволила религии. Основанная на эмпирической науке, цивилизация обязана не только избегать затрагивание религиозного вопроса, но и всеми силами выступать против самой религии, чтобы оправдать и сохранить свое собственное существование.

Если принять утверждение, что истину можно постичь лишь методом непрерывного и безоговорочного предания духовному учителю, то это станет похоронным звоном для всех мирских университетов. Если же принять утверждение, что так называемые истины могут быть постигнуты эмпирическими методами индукции и дедукции из тех предпосылок, что поставляют несовершенные чувства людей, стремящихся к чувственным удовольствиям (которые, по сути, лишь затрудняют восприятие подлинной Высшей Истины), то это неизменно приведет к отрицанию человеческой цивилизации, основанной на эмпирической мудрости индуктивных и дедуктивных наук, содержащейся в самоотверженных (?) трудах прошлых поколений.

Это положение уже затрагивалось в рассмотрении вклада человека в «строительство» (?) цивилизации. Описанные выше утверждения предполагают, что хотя эмпирическое знание сугубо гипотетическое, но, поскольку оно затрагивает лишь временные вопросы, поэтому оно непременно должно быть верным. Надлежащее отношение к эмпирическому знанию проявлено в тех, кто ищет Абсолют. Если принять невозможность достижения истины эмпирическими методами, то как мы сможем вообще приблизиться к абсолютному Господу?

Эмпирическая наука — это не причина, а продукт вселенского процесса, который совершенно не подвластен человеку. Эмпирическая наука рекомендует рабское подчинение безжалостным и бездушным законам материальной природы, чтобы получить сомнительную и иллюзорную отсрочку от различных проблем и страданий, которые выпадают человеку от рождения по причинам, неведанным ему самому. Эмпирическая наука — это продукт и выражение этого отношения человеческого разума ко всей вселенной. Так считают все исследователи, которые стремятся найти ответы на все свои вопросы благодаря своему глубокому изучению материальной природы. Те, кто принимает это отношение, рекомендуют политику господства, надеясь стать владыками мира благодаря совершенному преданию материальной природе. Они признают, что материальная природа всесильна. Человеческий мозг, без которого было бы невозможно наше ментальное существование, сам по себе является даром этой природы. Но эта природа, которую изучают через порожденные ею самой органы чувств, действует единообразно и никогда не нарушает установленного ею порядка вещей. Цель эмпирических наук установить эту однородность ее поведения в отношении к различным направлениям деятельности природы. Эта попытка, однако, не в состоянии достичь окончательного успеха, поскольку все законы, «открытые» эмпириками, — просто гипотезы. На основании этих гипотез была созданы величайшие гипотезы в форме закона об однородности процессов материальной природы и закона материального подчинения как ее естественное следствие.

Если наступит день, когда эмпирик сможет открыть подлинные законы природы, то он достигнет положения полной зависимости от природы через такое понимание. Этот итог столь желателен, если понять, что инициатива может привести к полному самоуничтожению. Благодаря этой философии человек начинает отождествлять себя с целями природы. Но каковы в действительности ее цели? Имеет ли материальная природа вообще какую-либо цель? Почему ее деятельность кажется абсолютно однородной? Почему нельзя предположить, что у природы нет собственной инициативы, и что она сама полностью подчиняется высочайшему Владыке, обладающему собственной волей и желаниями? Что цель высшей направляющей воли в том, чтобы наказывать тех, кто подчиняется «законам» природы для обеспечения своей личной непринужденной и комфортной жизни, побуждаемой желанием материального процветания, и так все сильнее и сильнее превращать их в убежденных рабов своих земных страстей и предубеждений, что неизменно приводит лишь к увеличению, а не уменьшению их страданий?

Разнообразие материальных желаний, которое было описано величайшими эмпирическими мыслителями как ориентир величайшей цивилизации, вне зависимости от использования технических достижений, ответственно за пренебрежение духовным аспектом самого существования. Если человек может обрести счастье благодаря наслаждениям и развитым мирским способностям, естественно, что ему следует направить все свое внимание на реализацию этих возможностей и ни о чем больше не беспокоиться. У приверженцев мирского благосостояния не должно возникнуть никакого возражения в этом вопросе. Даже этика и религия рассматриваются материалистами лишь как средство достижения этой цели.

Разве эмпирическая наука в действительности стоит на пути нашего духовного, то есть подлинного благосостояния? Следует ли полностью прекратить развитие эмпирического знания? Действительно ли все то, чему мы можем научиться в наших библиотеках, это всего лишь опасное невежество и губительное безрассудство?

Вайшнавы не осуждают эмпирическое знание само по себе. Они придерживаются мнения, что это знание может дать понимание отношений души с материальной природой. Эмпирическое знание ценно лишь в том случае, когда оно помогает своему обладателю понять бесполезность этого знания. Опыт этого обусловленного существования — это лекарство, которое приходит по беспричинной милости Бога, чтобы излечить падшую душу от болезни невежества и безрассудности.

Все накопленное знание эмпириков необходимо представить заново в свете Высшей Истины. Даже в этом мире есть возможность служить Богу, если мы согласимся изучить основы духовной жизни от вечно свободных душ, которые свободны от всех пороков и ошибок. Причина всего нашего невежества — это гордость, которая восстает против этой опеки и отказывается принять ее вечную необходимость. Невежество — это не что иное, как мятеж против истины и отказ служить Богу, который проявился в Своих вечных слугах и атрибутах.

Как только человек принимает отношение полного предания слугам Бога, свет самосияющей души озаряет все вокруг и освобождает его от материалистического помрачения. В действительности душа может сиять лишь светом своих отношений с Богом. Пока человек обращен лицом к источнику всего света, его «лампа» продолжает гореть. Но как только он отворачивается от Бога, его «лампа» теряет свою способность сиять собственным светом.

Тщеславие эмпирического обучения нуждается в институте, что позволило бы ему понять свою подлинную природу. Образование этого мира сильно страдает от того, что почти никто не может научить подлинному применению разума. Простое устное принятие принципа подчинения духовному учителю совершенно недостаточно для этого. Интеллект будет упорно сопротивляться практическому применению такого подчинения. Он склонен запутываться в сетях иллюзорной энергии, представленных в искусных обещаниях эмпирической литературы. Практически невозможно уничтожить эмпирическую литературу, в точности, как и саму иллюзорную энергию. Эмпирическая литература — это дар иллюзорной энергии безбожному интеллекту. У человеческого разума нет никакой собственной творческой способности. Он не может действовать самостоятельно, а лишь подчиняется руководству. В принятии своего руководства он свободен выбирать между иллюзорной энергией и той силой, что полностью лишена вероломства. Когда он выбирает повиновение иллюзорной энергии, она дает ему способность «создавать» эмпирическую литературу, целью которой является то замешательство, которое даже хуже его навязчивой попытки объяснить необъяснимое. Эта путаница эмпирического образования питает педантичное тщеславие ученых мужей этого мира, заставляя их верить в то, что они сами творцы современной цивилизации на основе истинных принципов феноменальной природы, открытых ими силой собственного разума.

Но материальная природа всегда ревниво охраняет свои тайны от нечестивых попыток ничтожного человеческого интеллекта вмешаться в них ради извращенной цели владычества над матерью-природой при помощи такого знания. Матушка-природа никогда не откроет свои секреты интеллекту, который стремится доминировать над ней. Однако она отвечает взаимностью тому, кто вопрошает ее в духе подлинного смирения. Внешняя энергия Бога (Майя) имеет два лица. Одно направлено к ее вероломным детям и носит коварную улыбку, скрывающую ее грозный аспект. Другое лицо проявляет свой мягкий нрав и доступно взору своих послушных детей. Она направляет разум всех своих детей, но непослушные не в силах признать ее верховную власть над ними. Но поскольку она сама — верная служанка Всевышнего (самой Высшей Истины), она мягко ограничивает тенденцию своих бесстыдных детей выступать против истины, наполняя их жизнь обманом и страхом.

Эта пара-видья питха [университет духовного образования] исправит тщеславие и помрачения интеллекта, уча нас тому, как подчиниться истине. От педантического тщеславия можно излечиться, лишь проявляя покорное стремление к истине. Если правильно искать руководства материальной природы, то она направит разум на служение истине. Педанты, которые кичатся своей мирской мудростью или мирской глупостью, лишаются из-за своего тщеславия любой возможности приблизиться к царству истины.

Те, кто не хочет быть сбит с пути внешним, которое всегда обманывает невежественных людей, должен попытаться заглянуть вглубь и достигнуть истинного понимания системы образования, которое передается в пара-видья питхе. Лишь образование вайшнавов можно назвать истинным, поскольку они служат истине в каждом своем поступке. То образование, которое отделяет себя от поведения, ограничено, изменчиво, непременно ложно и обманчиво. Истинное образование должно наделять знанием истины и охватывать все поведение ученика. Это знание неотделимо от служения истине. Служение Богу пронизывает все это знание. Отвращение к служению Богу всегда исполнено невежества. Знание духовного мира подчинено и естественно сопутствует служению. Его можно получить и сохранить лишь через служение Богу, и оно всегда полно и реально. Подметальщик на Вайкунтхе знает истину, которой он служит. Педант из Навадвипы не знает истины и не желает служить. Пара-видья питха, а также его учителя и ученики стремятся постичь истину, служа Богу таким образом, который предписан для служителей истины. Это недоступно пониманию педантов до тех пор, пока они смиренно не примут положение учеников в этом университете духовного образования.

Внешне эмпирическое знание схоже с тем, что производит человеческий ум, однако это не так. Это отраженный свет призрачного огонька, который вводит в заблуждение уставшего путника. Пока мы странствуем в этой долине мрака, мы постоянно склонны принимать обманчивый свет за реальный. Но Господь посылает Своих возлюбленных слуг в эту долину мрака, чтобы они направили нас. Призрачные огоньки — неотъемлемая часть смертельно опасного болота этого мира. Их нельзя отменить или создать благодаря человеческим усилиям. Единственная возможность избежать быть обманутым ими — это прибегнуть к помощи проводника, который знает, куда идти. Если мы научимся доверять его руководству, то эти призрачные огоньки будут лишь добавлять очарования ночному путешествию по этому миру и помогут нам понять ценность истинного света, которого невозможно найти в долине мрака.

Пара-видья питха — это не образовательное учреждение, в котором человеку прививают вкус к пагубному невежеству. У него нет никакого стремления конкурировать с существующими институтами образования, предлагая разнообразие плодов дерева эмпирического знания. Педанты, без сомнения, будут шокированы этим. Пара-видья питха — это образовательное учреждение истины, абсолютного Господа, обитель которого находится в вечном царстве. Она проявляется в этом мире, чтобы освободить падшие души из тисков эмпирического знания, используя для этого всю мудрость в служении Богу. Преследование же призрачных огоньков становится безопасным и полезным делом, если мы способны с помощью истинного проводника воспользоваться этим обманчивым светом для определения пути через опасную трясину, отделяющую нас от нашего дома.

(продолжение следует)

Автор неизвестен
Переводчик: Вриндаван Чандра Дас
Редактор: Традиш Дас




English

Defensive Bulwarks against Aspersions
(part 2):
That Vaishnavas are less intelligent,
efficient, learned and tactful

Journal ‘The Harmonist
Edited by
Srila Bhaktisiddhanta Saraswati Thakur

(No. 8, Vol. XXVII, January 1930)

 

THE Vaishnavas display the utmost tactfulness in their dealings with this world. They can be mistaken as tactless only by those who have not given the subject their close attention. In fact the Vaishnavas are so tactful that it is never possible to understand the full import of their activities. The scriptures declare that the Supreme Lord Sri Krishna serves everybody in exactly the same way in which He is served by oneself. The Vaishnava possesses this tact of Sri Krishna. He is the servant of Sri Krishna and serves only Him in all his activities. He has to do so at all time and under all circumstances. But in this world he has always to deal with persons who are not at all disposed to serve Sri Krishna. Every fallen soul wants only to serve himself, or, in other words, to enjoy all facilities that are available in this world for the satisfaction of himself. The fulfilment of this purpose is not mercifully permitted by Sri Krishna because such a consummation would be completely destructive of the specific existence of the person as a self-conscious individual. But as long as the selfish disposition predominates the fallen soul wants to do nothing that is not in his judgment conducive to the suicidal goal that he has in view. Sri Krishna has to deal tactfully with this recalcitrant subject with the object of correcting his aberrations without depriving him of his freedom of will. The work is entrusted by the Lord to His deluding energy who supplies the fallen soul with the wild-goose-chase occupations of this world. Under her able management the individual soul is convinced that the arrangements of this world are perfectly suited for the realisation of his selfish ideal by means of activities in keeping with this noble purpose, devised by his own clever brain. In fact the deluding power of Sri Krishna promises the fallen soul the undisputed mastery over the universe. This promise is always dangled by the Enchantress before her victim who is offered every form of enjoyment that his paltry intelligence can conceive in the shape of rewards of his cunningly devised activities for surmounting an endless series of obstacles that are placed in the way of his enjoyments. The fallen soul, however, discovers the worthlessness of worldly facilities on attaining the object of quest. His judgment is, however, always ready with arguments in justification of his activities and suggesting modifications therein for avoiding any mistakes in future.

We thus see that the judgment as well as the inclination of the fallen soul are fully mastered by the deluding energy of Sri Krishna. But the victim of the deluding energy suspects neither actual nor possible deception at the hands of the deluding energy. He congratulates himself on his tactfulness which enables him to use alike his success and failure for the fulfilment of his purpose. He supposes his failures and his successes as equally helpful to him. In this ideal state all failure is cheerfully borne under the expectation of a grand final success.

But when we try to analyse the cause of this self-gratulation that ever accompanies the rake’s progress of the fallen soul we discover that it is wholly due to his initial misconception regarding the nature of the goal and its necessity for himself. The fallen soul supposes himself to be a bundle of passing whims and caprices and the goal as an ever-changing gratification of transitory desires. His tactfulness consists in his obstinate capacity of refusing to be disillusioned by his perpetual and inevitable disappointments. He supposes that it is his prerogative to be constantly disappointed and to be the plaything of passions and prejudices. His tactfulness consists in persevering in his attempt to extract an occasional sip of questionable happiness from a formidable conjunction of the most unpromising circumstances and discovering on attainment of such modest success that it is never worth the trouble. The tact of the fallen soul thus plays into the hands of the deluding energy of God and helps to perpetuate his ignorance and misery which are the necessary consequences of his aversion to Truth.

It is no wonder that a person who prides himself on the possession of this kind of tactfulness should congratulate himself on his own better luck when he detects the absence of the qualification in another. The Vaishnava is truly tactful as he alone can clearly realise the mercy and wisdom of delusions provided by Sri Krishna for mystifying the ignorant and selfish in the above manner. True tactfulness implies a clear knowledge of one’s own capacities, of the goal of one’s activities and of the nature of those with whom one has to deal. The worldling really possesses none of these requisites. The Vaishnavas have analysed the present existence of men and other animated beings who pass by the name of sentient objects. This is also apparently the goal of the intellectual efforts of man. But it is a goal which has ever remained unrealised by the intellectualists who are never tired of extolling the efficacy of their method in and out of season. The intellectualists regard themselves as the sole possessors of intelligence. They affect to disbelieve any method that does not allow the place of honour to the brain.

Those who are enamoured of the intellectual method are liable to forget that the direction of the intellectual activities of the mind requires to be carefully settled before any good result is expected from such effort. Intellectual effort may not be always elevating to a man as a matter of course. The intellectual expedition of the mind can as well degrade a man by means of his mundane affinities, Intelligence can be easily exerted in the wrong cause. People in this world are ordinarily employed in procuring the necessaries (?) of an enjoyable earthly existence (?) by the intellectual powers of their mind. If this does not happen to be the goal proper for such activity much harm results to a person by this pursuit of an improper course.

As soon as a person consciously experiences his intellectual awakening in this world he finds an occupation for his intellect ready-made to his hand by the cumulative exertions of the intellectualists of all past generations. He is presented with the current mode of such activities. The fashion of the Age is supposed by his well-wishers to have a preferential claim to his allegiance. He is thus as it were huddled into the conventional position by those who imagine quite gratuitously that they have been benefited by the method which they are so anxious to provide for their protege.

At any rate there appears to be a consensus of opinion that the rudimentary parts of the established system which is devised to furnish the mind with materials for expediting the acquisition of a standard occupation for the intellect are indispensable and irrespective of the goal towards which it may be actually directed. For example the educators of the young seem to have no doubt that the knowledge of reading, writing and arithmetic is indispensable and always necessarily beneficial for the learner. It is taken for granted that reading, writing and arithmetic must form the basis of all knowledge. Whit if they happen to be really fetters to shackle the intellect and prevent it from functioning freely and in its natural or proper manner? There is nothing to assure us against such a contingency.

The empiric system of education can be justified only if it could be clearly established that the empiric methods have enabled us to make any appreciable approach towards the attainment of the truth which is professed to be the goal. The whole world is confident that we are necessarily and progressively moving, nay, are also bound to move, towards the truth. It is emphatically claimed that we are the wisest generation of the world as we have the advantage of the acquisitions of all former generations in addition to those made by ourselves. But may not all these acquisitions be as but dust and ashes to the soul? May we not have been baulked of the Truth by this very useless and harmful pursuit of a radically wrong ideal of knowledge and progress?

To this the optimist will say, ‘No’ on the ground that material facilities are being progressively accumulated in course of time almost as a matter of course. It is opined that as God is merciful His dispensation is bound to be on the whole for our good even if we may not understand it. It is argued that this mundane world cannot go very wrong for any length of time without being set right by the reaction of forces evoked by its very aberrations, this self-corrective principle having been provided by the mercy of Providence Himself. But all this would be an avoidance of the question rather than an answer of it.

We find that we are being propelled from position to position by an irresistible force almost mechanically that provides everything apparently, partly at any rate, as the result of our endeavours. But we have no assurance that this swift progress through a succession of changing scenes is also a movement towards the Truth. We seem to be part and parcel of this world-movement, but completely at the mercy of it. We don’t know when this world began to exist nor when if ever it will have an end. Our knowledge is a gift of the world. It seems capriciously enough to allow us peeps into its nature which are however, always imperfect and deceptive. Can this be correctly described as a beneficent and self-corrective arrangement by providence for leading us to Truth?

This seems so unlikely to our actual experience. In the first place there is the question of ourselves as individuals. The race seems to survive but the individual to die. If I am overtaken by death in the midst of my progress towards Truth, is not all my acquisitions lost to me as an individual? Even if I believe in rebirth the case is not thereby materially altered. Does any generation accept and build on the acquisitions of the past? It would be nearer the truth to say that no generation goes by any fixed custom in this matter. It retains and rejects whatever it likes. It has almost always to reform what it retains. So it would be quite as true to hold that we benefit by our past acquisitions as that we are hampered and misled by them.

Even if it be allowed that we are on the whole benefited by the past experience of the race as it in any case tends to produce an enlarged vision we are at once confronted by the stiffest of objections viz. that the wisdom is wholly of a negative character. Is it the fate of the race to remain ever without access to the positive Truth?

What really has been the gain of the cumulative activities of the race in terms of the object of their endeavour? The object of all empiric endeavours is to ameliorate the predicament of natural objects. But those objects have persistently refused to change their nature. Those objects are related to us in a temporary and painful way. This situation is regarded by us as undesirable and is also considered as capable of being improved. We imagine that the proper occupation for our intellect is to embark on activities that will bring about the desired change. It is, in other words, hoped that the temporary and painful relationship will be changed by means of our intellectual activity into a permanent and blissful one. This is the dream of all empiricists that is of all those who have faith in the past achievements of the race as a basis on which to build for further progress in this direction.

But the Vaishnava says that these futile efforts so elaborately directed towards ameliorating the predicament of natural objects are themselves the fetters that prevent our understanding from realising the Truth Who may be accommodated by our minds if the investigating habit can shake off completely the lure of selfish enjoyment that embarks it on these useless attempts.

It is devotion to the fetish of sensuous ease that blinds our intelligence to the Absolute Truth and leads it on the quest of the wild goose. But this is not all. Devotion to a sensuous life is the logical result of aversion to Truth or the Godhead. It is quickly punished by the degradation and ignorance of the soul suffered by him in this world. Persistence in such quest is only a symptom of the real disease which is nothing less than a wilful preference of ignorance and misery to spite the Truth. This active opposition to Truth has its nemesis in this worldly sojourn.

But those who go against the Truth do not remain inactive but begin an active campaign against the powers of Good. They set up rival gods as the objects of their worship in place of the One. They set up a rival standard of truth in opposition to Reality. They are permitted to do all this to save them from utter annihilation against a possible day of redemption when they may be tired of their senseless crimes and become sincerely repentant for their unnatural folly against themselves to spite the source of all good.

There is no doubt much in this mad orgy that represents the most shameless transgression of the principles of tact, intelligence, efficiency, learning, in fact of every good quality of a positive kind. The degraded soul who gloats over his pitiful achievements is never tired of praising these perverted tendencies, by condemning everything that bears even the most distant resemblance to the Good and the True.

The worldlings are always mightily busy in the assiduous practice of these enviable qualities by whose means they profess to hope one day to be able to establish the ‘Kingdom of God’ on this very Earth?

They are permitted by the deluding power more than enough scope that is perfectly congenial to their taste, to be busy about. They find themselves surrounded by dangers, difficulties, wants, ignorance, vice and every form of evil. All this is purely concoctional and conventional. They are the dire children born of their wilful wickedness and folly to serve as an unnatural excuse for themselves to continue to be wicked and foolish for the purpose of carrying on their rebellion against the Truth.

It is no doubt a most gruesome picture of the achievements and efforts of civilized humanity. It is hardly possible to conceive of an attitude that is more pessimistic in regard to this world than the above. It is easy enough to condemn the follies and vices of humanity and also to sneer at the unsuccessful attempts for the amelioration of the hard lot of humanity that has its origin in a sense of profound pity for the fallen state of man. But is not such pessimism itself a worse form of wickedness than even what it seeks to condemn?

This is the constructive defence of atheism. It points to the sterility of achievements on the other side. It is true to the extent that there undoubtedly exists a most wicked form of sterile pessimism which wants to do nothing on the hypocritical pretext of there being nothing worthy to be done but really in order to live a life of idleness at the expense of those whose wickedness? It affects to denounce and as the reward of performing this duty of denouncing those whom they want to exploit thereby. In the realm of the delusive energy the bad things go in pairs. Bad optimism is matched by bad pessimism and it is difficult to say which of them is a shade worse than the other.

The pessimism represented by the attitude of the Vaishnavas in regard to the use that is made of the things of this world by our perverted judgment is not the outcome of unsympathetic and hypocritical greed, idleness and malice. The Vaishnavas are opposed to the activities of worldly people on the ground that the people of this world are not really active but only deceive themselves by a show of activity.

Those who are under the thralldom of the gross senses find themselves necessarily reduced to a short-sighted mentality which is disposed to be content with only such activities as seem to promise a temporary respite from the most pressing wants and difficulties which seem to interfere with its ease. Any form of activity that has for its object the attainment of a life of ease and comfort is only a dangerous and hypocritical form of idleness and as such stands self-condemned. Vaishnavas are free from the fetters of gross senses that induce such short-sighted mentality and never commit themselves to attempts prompted by idleness, for extorting an apparently happy phase for their own distorted use by manipulation of natural objects in a tactless way. It is this perverted, seemingly spontaneous, enjoying spirit which is liable to misguide the true tactfulness of an unalloyed soul. Such misguided habit is due to the passionate, exclusive desire for external, adventitious objects.

The direction that has been given to civilization by the tactless use of the intellect by fallen souls under the demoralising and enervating influence of their proneness to material, transitory enjoyments, is responsible for all the ignorance and misery of this world. This misdirection requires to be rectified if we are really anxious to regain our natural condition of perfect existence which can alone ensure real scope for the exercise of all good qualities in the rational way. The goal of human activities is not located in the realm of matter. A worldly goal can never supply the requirements of individual or communal well-being on a permanent or true basis.

The achievements of this misdirected civilization need not be credited to the account of our perverted mentality. It is necessary to have a right estimate of the position assigned to it by Providence in the scheme of this phenomenal world. Our intellect cannot create anything. It can only identify itself with a particular line of activity. But the actual course of events is never dependent on any theory that may try to influence our activities. We find ourselves often compelled to act in direct opposition of our convictions. We have always to compromise. It would, therefore, be quite improper to claim that the actual achievements of civilization are the products of our intellectual efforts to any appreciable extent.

It would be truer to say that our intellect limps approvingly behind the march of events trying to adjust itself to changing circumstances with a view to extract a measure of ease and comfort. The intellect should not pretend to believe that the march of the phenomena has behind it only the paltry object of ministering to the perverted desires of corrupt humanity or that it is in any way the product of the corrupt and tactless activities of the fallen soul. But this is often tacitly assumed to be the case in order to justify the pursuit of a course which is really responsible for no part of those achievements.

The fact of evolution need not be wholly denied in order to disprove the claim of activities inspired by empirical theories aiming at the conscious multiplication of worldly facilities as being solely or in an appreciable measure the effective motive force behind the achievements of material civilization. Material civilization is solely the product of the deluding energy of God, the goddess Maya, who marches forward in a triumphal procession of dazzling but deceptive achievements dragging along the human intellect fast bound to her chariot wheels. The kaleidoscopic show tends to sustain the belief of the human intellect in the midst of its miserable plight that it has everything to gain by its strict subordination to the power of Nature and everything to lose by the least attempt to assert itself against her Maws’ that bind its hands and feet.

This view of evolution is not, however, likely to be congenial to the vanity of the empiricists who want to have the Lion’s share in these achievements. The attitude of enjoyment cannot really have any actual effect on the march of events. On the contrary it cuts off the soul from any share in the real movement, although the hypnotized understanding of the fallen soul can never have the inclination to realise or even to suspect the nature of his bondage. He is drunk with the vanity of worldly success past, present and prospective, unaware that he has no business at the table on which a cruel Enchantress has been perpetually serving a never-ending series of dishes of viands that promise most delicious enjoyment from a distance but prove disappointing on actual experience. This veritable Tantalus’s cup is ever mocking the frantic efforts of the degraded soul to appease what seems to himself to be his unquenchable thirst.

The degraded soul cannot cut himself off from all dealings with this world. But he can wish to be undeceived. As soon as such wish takes possession of the soul he begins to look about for a means of deliverance. At the initial stages he trusts his own reason to rescue him from the clutches of the delusive energy. But the latter is far too powerful and holds the struggling soul securely in her iron grip. When the fallen soul realises the impossibility of deliverance he considers it wise to make whatever terms appear to be obtainable from his enemy. But the enemy is far too clever not to understand his plight and takes full advantage of it by imposing stricter vassalage on her helpless victim. This is the end of all efforts on the part of the fallen soul to extricate himself by means of empiric knowledge. He is thereby only more deeply committed to the slavery of Nature and a proportionate aggravation of his ignorance and misery.

So this apparently innocent civilization which is embraced with such rapturous enthusiasm by the corrupt taste of the fallen soul is not really so innocent as it looks. So long as the soul is bent upon exploiting the inventions of science for the purpose of enjoyment he is bound to reap the dire but fully justifiable consequences of his self-elected folly. But although it is a comparatively easy task to denounce corrupt dealings with civilization it is very difficult to formulate principles of correct behaviour towards the world. This has been attempted from the point of view of the fallen soul by the empiric science of Ethics. That science bases its recommendations on an analysis of our mental activity. It assumes that the mind cannot reach the Truth by reason of defects corrigible by its own effort. It, therefore, pursues the policy of making the mind analyse its own nature by looking inwards. Thought is employed to explain itself. The result is the multiplication of further thought on the processes and contents of thought. The web is only more intricately spun and the tired intellect emerges from the endeavour, claiming to be wiser by its futile quest because it can now confidently declare that it is never possible by its own efforts to attain to the knowledge of the real state of affairs. It also is bound to confess that all mental quest for the Truth is nothing more than a very illuminating movement in a vicious circle.

The net gain from ethical enquiries has been an aggravation of the opportunist attitude and a corresponding slackening of our faith in the very existence (?) of the Absolute.

The scriptures declare with one voice that the energy of the soul proper requires to be guided by the principle of the Absolute Truth through a messenger who is not embarrassed by transitory foolish desires. It is not necessary either to enjoy or discard the things of this world. Our minds ate incapable of accepting anything of this world without discarding many things or discarding anything without accepting many things in its stead. The so-called golden mean is not golden at all but is really the path that is ordinarily followed. It is the common place, unsatisfactory device that is adopted by the bewildered soul in the belief that it is likely to expose him to a minimum of inconveniences. All these methods are the products of the futile attempts of the erring intellect to find a solution of its difficulties by its own efforts. They are also different faces of the universal attempt to obtain a maximum of worldly pleasures.

But one who has real experience of the Truth must necessarily be able to rise above any embarrassment by transitory foolish desires. The Vaishnava has realised the Truth Whom he serves. He can guide himself towards this world in the light of the service of the Truth, He can control his senses most easily. Those erring worldlings who are slaves of their passions mistake the self-control of the devotee of Truth for want of dexterity and efficiency. The Vaishnavas are perfectly dexterous and efficient as they conduct themselves naturally and in the only proper manner towards this world. Their senses are neither held back from, nor let loose on, the things of this world. They use their senses for a purpose that is known only to those that are not under the thralldom of their senses.

The mischief is that persons who are themselves busy to fulfil their own sensuous gratification are often found undertaking gratuitously the task of gauzing the lofty uninterrupted knowledge of the Vaishnavas. They see that the exoteric attempts of a Vaishnava have no shadow of an earthly ambition and are not conducive to the sense-gratifying propaganda. This naturally repels them as they do not find what they seek. But though to look after the welfare of the soul proper seems to an apparent sight-seer not worthy of any display of intelligence yet the esoteric side would lead him to cross the apparent deplorable stage of the pedant.

The seminary of spiritual learning that has its eternal existence in the realm of Godhead has been made manifest to our view by the mercy of Sri Gaursundar in the form of the Acharya. The lay Universities of the world devote themselves to the task of procuring worldly facilities for their votaries by the method of intellectual activities skilfully devised for the purpose. They provide elaborate courses of instruction in the various branches of empiric knowledge embodying the speculations of man regarding this phenomenal world. They are enabled to undertake the task through that priceless gift of the Almighty viz. sound, articulated sound in the visualised form of writing and in the audible form of spoken language enables man to formulate, communicate and accumulate a body of common opinions embodying the experience of the race. The Universities are the centres of specific and systematic culture of this knowledge.

The value of empiric knowledge to man is aptly expressed in the characteristic aphorism that knowledge is power. It is the dream of man that he is destined by an all-merciful Providence to be the lord of this world. He likes to enjoy the good things of this world but finds himself thwarted by his ignorance of the laws of Nature. In order to perfect his enjoyment it is necessary for him to ascertain his true relationship with Nature. That relationship seems to the empiric imagination to be nothing short of complete lordship of man over Nature. By balancing the different Natural forces one against another man wants to be able to subordinate Nature to his purpose viz. of serving as a means of his unlimited sensuous gratification.

Very satisfactory progress is also supposed to have been made towards the attainment of the object. Though by the irony of fate the discovery of today is ever falsified by the invention of tomorrow the power which has already been secured to man over the forces of Nature seems to be concretely represented by the splendid achievements of civilization which are regarded as the product of the physical sciences. The world of today is being ruled by mechanical contrivances which have enabled man to harness the forces of Nature to the service of himself. This is also, somewhat inconsistently no doubt, proclaimed by those empiricists who are in possession of the citadels of religion all over the world as in accordance with the purpose of Providence and therefore identical with the service of Godhead as enjoined by the scriptures of the different creeds. In fact the empiric religionists (?) hope confidently to be able one day to prove with the aid of the sciences the wisdom of all scriptural injunctions. The only little difficulty that stands in the way of such scientific interpretation of the scriptures is that this science itself is never sure of anything. It is of course possible to hold, as many well-known and successful leaders openly confess to do, that there is no such thing as the Absolute and that the so-called scriptures themselves require to be brought up to date by periodic revisions of their contents. In this way everything would be made square by being built on sand against significant protests of the scriptures themselves. Religion as represented by the scriptures is in imminent danger of being suppressed wholesale. It is seriously regarded as the greatest menace to the success of the sciences in promoting the well-being of the race. Empiricists cannot but hold that religion is incompatible with science. Admission of the possibility of the revelation of the Absolute through His causeless grace seems to be an admission of the utter uselessness of all scientific enquiry. The consistent empiricist is driven by the pressure of his own logic to the denial of the Absolute in self-defence.

Empiric religionists (?) realise the plight of empiric scientists. They hasten to build a bridge of reconciliation by proposing to subordinate religion to science. There are various methods by which the policy of surrender is sugar-coated for easing its acceptance. The method that is most in vogue is that of scientific interpretation of the practices and doctrines of religion. The local and apparent is proved to be as much the substance of religion as of science. This clever attack on religion is being carried out from within the camp of religion in co-operation with the avowed foe outside.

Those religionists who have thrown in their lot with the empiricists are busy providing themselves with elaborate worldly interpretation of religious doctrines and practices. Performance of sandhya and vegetarian diet are good for the health. Breathing exercises represented by yoga lead to longevity,—Etc. Etc.

It is no doubt true that doctrines and practices that are passed off by their professors as religious are seldom untainted by such prejudices. This leads to the promulgation of spurious doctrines and spurious practices as the result of systematic and dishonest interpretation. False doctrines and practices have resulted not rarely from so-called ‘reform’ movements inspired by worldly motives. Those false interpretations that have grown old are also on account of their age themselves regarded subsequently as part and parcel of the scriptures.

So there has been going on ever since the beginning of creation a systematic and comprehensive attempt to discredit and falsify religion. It would, therefore, be strictly in accordance with fact to as art that empiric science has never been a lover of religion. The civilization that regards itself as based on empiric science is obliged not only to fight shy of religion but to oppose it tooth and nail by all its institutions in order to justify and safeguard its own existence.

It is apprehended that if the contention that the Truth can be known only by the method of continuous and unconditional submission to the spiritual preceptor, be admitted such admission would be the death-knell of the lay Universities. If the contention that the so called truths which can be learned by the empiric methods of induction and deduction from premises supplied by the defective senses by those who seek thereby the gratification of their senses are by their nature illusory and misleading and only obstruct our vision of the real Truth, be admitted such admission would necessitate the suppression of human civilization based on empiric wisdom gathered in the inductive and deductive sciences by the selfless (?) labours of past generations.

This point has already been touched in considering the share of man in the ‘building up’ (?) of civilization. The above contentions assume that because empiric knowledge is tentative and have reference only to transitory matters therefore it is bound to be true for this reason. The proper attitude towards empiric knowledge is that of the seekers of the Absolute. If it be clearly impossible to attain to the Truth by empiric methods how are we to attain to Him at all?

Empiric science is not the cause but the product of the cosmic process which is in no sense under the direction of man. Empiric science counsels slavish submission to the pitiless, insentient laws of material Nature to obtain questionable and transient illusory respite from various miseries that are supposed to be the lot into which man has been born for causes unknown to himself. Empiric science is the product and expression of this attitude of the mind towards the cosmos. It is common to all investigators who expect that they will obtain the answer to their questionings by a close acquaintance with Nature. Those who under the lead of this attitude recommend a policy of lordship hope to be her lords also by the same policy of perfect submission to Nature. They admit Nature to be all-powerful. The physical brain which is indispensable for our very mental existence is itself a gift of Nature. But Nature is observed through organs provided by herself to act in a uniform manner and never capriciously. It is the object of the empiric sciences to establish this uniformity of her behaviour in regard to different branches of the activities of Nature. This attempt has, however, failed to achieve final success in as much as the laws so far discovered, by the empiricists are no more than mere hypotheses. On these hypotheses has been built a grand hypothesis in the shape of the ‘laws’ of the uniformity of the operation of Nature and of material causation as its corollary.

If there ever come a day when it will be possible for the empiricist to find the real laws of Nature he may thereby succeed in making himself completely subordinate to Nature through such knowledge. This consummation so devoutly wished if realised would mean complete self-annihilation as regards initiative. By this philosophy a person is asked to identify himself with the purposes of Nature. But what are really those purposes? Has Nature any purpose at all? Why does her conduct appear to be absolutely uniform? Why cannot we suppose that Nature has no initiative and is completely subject to a Higher Power possessed of a will?—that it is the purpose of the Supreme guiding Will to punish those who submit to the ‘laws’ of Nature for securing their personal ease and pleasure by stimulating their desire for material well-being and thereby making them more and more the confirmed slaves of their earthly passions and prejudices, which is bound to increase and not to diminish their miseries?

The multiplicity of material wants that has been noted by the greatest empiric thinkers as the mark of a superior civilisation irrespective of the use that is made of mechanical power is responsible for the neglect of the spiritual aspect of the problem of existence. If man can be happy by the enjoyment and possession of worldly facilities it is natural that he should go about the business of obtaining such facilities with a light heart. The votaries of worldly well-being can have really no objection to such a procedure. Even morality and religion are bound to be regarded by the materialists as means to this end.

Does empiric science really stand in the way of our spiritual that is real well-being? Should the cultivation of empiric knowledge be discontinued? Is all the learning piled in our libraries only mischievous ignorance and wicked foolishness?

The Vaishnavas do not condemn empiric knowledge in itself. They maintain that such knowledge does not represent the relation-ship of the soul to Nature. Empiric knowledge is of value only if it enables its possessor to realise its worthlessness. The experience of this limited existence is the remedy devised by the causeless mercy of the Lord for curing the perverted soul of the disease of irrationality or ignorance.

The whole of the accumulated knowledge of the empiricists requires to be presented afresh in the light of the Truth. It is possible to serve the Godhead in this world if we only agree to be instructed in the very alphabets of spiritual life by eternally free souls who are not liable to err. The pride that rebels against this tutelage and refuses to abide by its eternal necessity is the cause of all our ignorance. Ignorance is nothing but rebellion against the Truth and refusal to serve Him in His eternal servitors and paraphernalia.

As soon as the attitude of submission to the servants of the Godhead is realised the light of the self-effulgent soul shines forth freed from all obscuration. As a matter of fact the soul can only shine by communicated light. So long as he has his face turned towards the source of all light his lamp keeps burning. No sooner does he turn away his face from Him than his lamp loses the power of self-illumination.

The vanity of empiric learning requires an institution that would enable it to realise its real nature. The learned of this world are badly in need of being taught the real use of the intellect. Mere verbal assent to the principle of submission to the spiritual preceptor is not enough for the purpose. The intellect is a stubborn foe to such submission in practice. It is liable to be entrapped in the meshes of the delusive energy represented by the artful promises of the empiric literature. It is as impossible to abolish the empiric literature as the delusive energy herself. Empiric literature is the gift of the delusive energy to the Godless intellect. The intellect of man has no creative force of its own. It cannot act except by direction. It is free to choose between the delusive energy and the power that is free from all guile as its guide. When it chooses to obey the delusive energy it is enabled by her to ‘create’ the literature that only serves to make the confusion worse by its officious attempt to explain the inexplicable. This tangled maze of empiric learning serves to keep up the pedantic vanity of the learned of this world by making them believe that they themselves are the creators of the civilization of this world on the basis of the true principles of phenomenal Nature discovered by the force of their intellects.

But Nature always jealously guards her secrets against the impious attempts of the aspiring, puny intellect of man to pry into them for the unnatural purpose of lording it over the Mother with the aid of such knowledge. Nature never divulges her secrets to the intellect that aspires for domination. She is, however, communicative to the intellect that questions her in the spirit of real humility. The Power of God wears two faces. The one that is turned towards her disloyal children wears a treacherous smile that covers its frowning aspect. The other face which reveals her benign nature is visible only to her loyal children. She guides the intellects of all her children but the naughty ones do not really admit her supremacy. But as she is herself the loyal servant of the Lord Who is the very self of Truth, she kindly restrains the tendency of her graceless children to offend against the Truth, by a policy of deception and terror.

The Para-Vidya Pitha will correct, the vanity and aberrations of the intellect by teaching us to submit to the Truth. The vanity of a pedant can be cured only by the appearance of the submissiveness of the student to the Truth. If the direction of Nature is sought aright, she will guide the intellect to the service of the Truth. The pedants who are vain of their worldly wisdom or worldly foolishness are alike prevented by their vanity from all access to the realm of the Truth.

Those who do not want to be grossly misled by appearances that are sure to deceive those who want to remain ignorant, should try to dive below the surface to get at the real significance of the system of education that is imparted at the Para-Vidya Pitha. The Vaishnavas alone are learned in the real sense as they alone serve the Truth in all their activities. The learning that is capable of divorcing itself from conduct is limited, changeable and necessarily false and misleading. True learning should impart the knowledge of the Truth and comprehends the whole conduct of the learner. Such knowledge is co-existent with service. The service of Godhead is replete with all knowledge. Aversion to the service of Godhead is ever full of all ignorance. Knowledge on the spiritual plane is subordinate to and the natural accompaniment of service. It cannot be obtained or retained except as the corollary of service and is always full, being real. The sweeper in Vaikuntha knows the Truth Whom he serves. The pedant in Nabadwip does not know the Truth Whom he is unwilling to serve. The Para-Vidya Pitha and its teachers and students aspire for the knowledge of the Truth by serving Him in any way that is permitted by the servants of Truth. This cannot be intelligible to the pedants unless they really submit to serve their term of pupilage in this University of spiritual learning.

Empiric knowledge appears to be of the nature of a product of the human mind but is not really such. It is reflected light of the will-o-wisp variety that leads astray the benighted wayfarer. So long as we have to travel in this vale of darkness, we run the risk of mistaking the deceptive light for the real one. But the Godhead sends His own beloved ones to this vale of darkness to serve as guides to direct our steps. The will-o-wisps are part and parcel of the dreary moor of this world. They cannot be abolished or produced by human effort. It is only possible to avoid being misled by them by availing of the help of a guide who is acquainted with the locality. Once we learn to trust his guidance the will-o-wisps only add a charm to the nightly adventure of the worldly sojourn and help us to realise the value of the true light that is not to be found in this world.

The Para-Vidya Pitha is not an educational institution to enable us to cultivate the taste for suicidal ignorance. It has no ambition of competing with the existing educational institutions by offering a special variety of the fruits of the Tree of empiric knowledge. The pedants will no doubt feel scandalized by this news. The Para-Vidya Pitha is the educational institution of the Truth Who has His abode in the eternal realm. It appears in this world to free the fallen soul from the clutches of empiric knowledge by employing all learned activities in the service of Godhead. The chase of the will-o-wisp is rendered safe and profitable if we are enabled by the help of a trusty guide to avail of its treacherous light to find our path across the dangerous bog that separates us from our home.

(To be continued)

The author is unknown




←  «Путь преданности». Шрила Б. С. Говинда Дев-Госвами Махарадж. 1996 год. Австралия. Мировой проповеднический тур ·• Архив новостей •· Уход Пушты Кришны Прабху. 24 июня 2019 года →
Russian

Развенчивание мифов о вайшнавах
(часть 2):
Вайшнавам не достает разума, рациональности,
образования и здравого смысла

Статья из журнала ‘The Harmonist’,
издаваемого под редакцией
Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати Тхакура
в 20–30-е годы XX столетия

(из восьмого номера XXVII тома за январь 1930 года)

 

Вайшнавы проявляют высочайший здравый смысл во всех делах, касающихся этого мира. Их могут ошибочно обвинять в отсутствии здравомыслия лишь те, кто не уделяет этому предмету достаточно внимания. В действительности вайшнавы настолько благоразумны, что практически невозможно до конца постичь всю глубину их поступков. Священные писания провозглашают, что Господь Шри Кришна относится к каждой душе в точности так, как она сама относится к Нему. Вайшнав обладает подобным тактом Шри Кришны. Он служит Шри Кришне и лишь Ему во всех своих делах. Он поступает так все время и при всех обстоятельствах. Но в этом мире он всегда имеет дело с людьми, которые не расположены служить Шри Кришне. Каждая падшая душа хочет служить лишь себе, или, иными словами, наслаждаться всеми теми возможностями, что доступны в этом мире для личного удовлетворения. Проливая на всех Свою милость, Шри Кришна не одобряет такую жизнь, поскольку она может крайне пагубно сказаться на самом существовании сознательной личности. Но пока в падшей душе доминирует такая эгоистическая склонность, она не хочет делать ничего, что не согласуется в ее понимании с этой пагубной целью. Шри Кришна поступает с этими своенравными бунтарями в высшей степени тактично, исправляя их заблуждения, но при этом не лишая свободы воли. Эту работу Господь поручает Своей иллюзорной энергии, которая обуславливает падшую дживу в этом мире различной деятельностью, направленной на погоню за несбыточным. Под ее умелым управлением индивидуальная душа обретает уверенность, что этот мир устроен совершенным образом для реализации ее эгоистических идеалов, и прилагает множество усилий для достижения этой «благородной» цели под руководством своего «проницательного» интеллекта. Фактически иллюзорная энергия Шри Кришны обещает падшей душе владычество над всей вселенной. Эта чародейка всегда пытается обольстить этим обещанием своих глупых жертв, которым предлагает множество наслаждений в качестве награды за некую материалистичную деятельность, однако при этом она устилает путь к этим сомнительным радостям бесконечной чередой препятствий. Вскоре падшая душа понимает, что никакие мирские способности не способны помочь ей в достижении цели этого поиска. Но при этом она всегда готова оправдать любые свои поступки и строит множество планов, чтобы избежать подобных ошибок в будущем.

Как мы видим, это понимание, а также склонность падшей души к материалистичной деятельности полностью управляется иллюзорной энергией Шри Кришны. Но, находясь во власти иллюзорной энергии, падшая душа даже не подозревает, что становится жертвой обмана. Она радуется тому, что обладает благоразумием, позволяющим ей в равной степени использовать как свой успех, так и неудачу для достижения цели. Она полагает, что неудачи помогают ей двигаться к желанной цели точно так же, как и успех. Поэтому она с готовностью принимает все неудачи, надеясь в конце концов достичь полного успеха.

Если мы попытаемся проанализировать причину того, что побудило душу на эгоистический поиск личного счастья, который сопровождает деградацию падшей души, то обнаружим, что всему виной ее изначальное заблуждение относительно природы своей цели и ее необходимости для самой души. Падшая душа принимает свое естество за скопление мимолетных прихотей и капризов, а свою цель за вечно изменчивое удовлетворение временных желаний. Ее «благоразумие» состоит в ее упрямой способности держаться за свои иллюзии, которые она рискует утратить благодаря своим бесконечным и неизбежным разочарованиям. Она полагает, что в этом состоит ее судьба — постоянно разочаровываться и быть игрушкой страстей и предубеждений. Ее «благоразумие» состоит в упорных попытках извлечь случайный глоток сомнительного счастья из большого стечения бесперспективных обстоятельств и в конце помогает ей достичь такого скромного успеха, который совершенно не стоит всех потраченных на это усилий. Так это благоразумие падшей души играет на руку иллюзорной энергии Бога и помогает навечно продлить ее невежество и страдания, являющиеся неизбежными следствиями ее пренебрежения истиной.

Неудивительно, что когда человек, гордящийся таким благоразумием, видит его отсутствие в других, он ликует, считая это своей персональной величайшей удачей. Тогда как вайшнав подлинно благоразумен, поскольку он один может ясно понять милосердие и мудрость заблуждений, приходящих по воле Шри Кришны для обмана невежественных и эгоистичных людей описанным выше способом. Истинное благоразумие подразумевает ясное понимание собственных способностей, мотивации своих поступков и природы тех, с кем имеешь дело. Мирянин в действительности не обладает ничем из перечисленного. Вайшнавы подробно разобрали нынешнее существование людей и других живых существ, которых можно объединить в категорию разумных существ. По-видимому, в этом также состоит цель интеллектуальных усилий людей. Но эта цель всегда остается непонятой интеллектуалами, которые никогда не устают бестактно восхвалять эффективность собственных методов. Интеллектуалы воспринимают себя в качестве единственных, кто наделен разумом. Они выказывают недоверие любому методу, в котором почетное место не отводится человеческому мозгу.

Те, кто очарован таким интеллектуальным подходом, склонны забывать, что прежде чем ожидать положительный результат от умственной деятельности, человек должен тщательно осмыслить свои мотивы и цели. Не стоит принимать как само собой разумеющееся, что любое интеллектуальное усилие всегда возвышает человека. Умственная деятельность человека может также привести его к деградации через его мирские склонности. Интеллект можно легко применить во вред другим. Люди этого мира обычно используют свои интеллектуальные способности, пытаясь разбогатеть и обеспечить себе комфортное и приятное земное существование. Если человек не находит себе надлежащую цель для применения своего разума, он может пойти по неверному пути, что неизбежно приведет к губительным последствиям.

Как только человек приходит в этом мире к пониманию своих интеллектуальных способностей, он тут же видит, куда и как приложить свой разум, руководствуясь совокупными усилиями интеллектуалов всех прошлых поколений. По сути, его мягко убеждают принять определенный образ действий. Как полагают его доброжелатели, его преданность необходимо использовать в согласии со стандартами существующей эпохи. Так он становится вынужден занять некое положение. А те, кто всячески навязывает эту роль своему протеже, совершенно необоснованно полагают, что приносят ему этим огромную пользу.

Во всяком случае мнения людей сходятся в том, что рудиментарные части установленной образовательной системы, призванной научить каждого всему необходимому для стандартной интеллектуальной занятости в будущем, являются той незаменимой и независимой целью, которая оправдывает все несовершенства метода ее достижения. Например, детские учителя не сомневаются в том, что умение читать, писать и считать совершенно необходимо и обязательно для каждого ученика. Полагается, как само собой разумеющееся, что умение читать, писать и считать должно сформировать основу всего знания человека. Но что если окажется, что навязанные в детстве стереотипы становятся теми путами, что сковывают интеллект и мешают ему действовать естественным и должным образом? Нет ничего, что могло бы застраховать нас от подобной вероятности.

Эмпирическая система образования может быть признана повсеместно, лишь если будет доказано, что эмпирический подход существенно помогает нам достичь той истины, которую мы принимаем своей целью. Весь мир убежден в том, что мы непременно, шаг за шагом приближаемся или по крайней мере движемся в сторону истины. Настоятельно утверждается, что наше поколение самое мудрое, поскольку в дополнение к совершенным нами достижениям и открытиям у нас есть преимущество, состоящее в наследии всего накопленного знания мира. Но не могут ли все эти достижения быть для души всего лишь прахом и тленом? Разве такое бесполезное и вредное стремление к совершенно неверному идеалу знания и прогресса не могло отклонить нас от истины?

На этот вопрос оптимист скажет «нет» на основании абсолютной веры в то, что материальные способности с течением времени лишь неуклонно возрастают. Предполагается, что поскольку Бог милосерден, Его управление несет всем нам одно благо, даже если мы не понимаем этого. Утверждается, что в этом материальном мире ничего не может пойти неправильно в какой-либо момент времени, поскольку тут же приводится в порядок обратным действием, вызванным самим этим отклонением. Так проявляется этот самокорректирующий принцип, действующий по милости самого провидения. Однако все подобные рассуждения, по сути, не отвечают на заданный вопрос, а просто уводят мысль в сторону.

Мы видим, что нас побуждает двигаться вперед почти механически некая непреодолимая сила, что устраивает внешне воспринимаемый порядок вещей (во всяком случае частично) как последствия наших усилий. Но у нас нет никакой гарантии в том, что это быстрое продвижение вперед сквозь череду непрестанно меняющихся сцен и обстоятельств приведет нас к истине. По всей видимости, мы являемся неотъемлемой частью этого движения и находимся целиком в его власти. Мы не знаем, когда начал существовать этот мир и когда наступит его конец. Наше знание — это подарок этого мира. Порою оно может приоткрыть нам некие тайны своей природы, однако при этом всегда остается несовершенным и обманчивым. Будет ли правильно продолжать называть это благотворным и самокорректирующим устройством провидения, ведущим нас к истине?

Наш нынешний опыт никогда с этим не согласится. Во-первых, возникает вопрос, касающийся каждого из нас индивидуально. Человеческая раса выживает, тогда как индивидуумы гибнут. Если смерть настигает меня, а я не успел достичь успеха на пути к истине, то будут ли все мои достижения потеряны лично для меня? Не важно, верю я в перерождение или нет, это ничего существенно не меняет. Разве есть какое-то поколение, которое принимает все достижения прошлого и строго их придерживается? Гораздо правдоподобней то, что любое поколение никогда не повторяет жизненный путь своих родителей. Каждый выбирает сам, что ему принять, а что отвергнуть. И почти всегда любое наследие подвергается переосмыслению и реформации. Поэтому было бы вполне правильно заключить, что мы извлекаем некую выгоду из наших прошлых достижений, но при этом они зачастую создают трудности и сбивают с намеченного курса.

Даже если бы мы могли обрести полное благо из прежнего опыта человеческой расы, который неизменно приводит к расширению нашего кругозора, мы сразу же столкнулись бы с серьезнейшими возражениями, указывающими на целиком негативный характер полученной мудрости. Выходит, удел человечества состоит в том, что ему никогда не будет дано достичь позитивного аспекта Высшей Истины?

Так какова же польза от совокупных действий человеческой расы относительно цели всех их усилий? Цель всех эмпирических усилий состоит в постепенном преодолении всех естественных трудностей, стоящих перед человеком. Но эти трудности упорно отказываются изменить свою природу. Все это делает достижение наших целей временным и болезненным делом. Хотя вся эта ситуация видится нам нежелательной, но при этом нам кажется, что мы способны ее существенно улучшить. Мы полагаем, что правильное использование нашего интеллекта укажет нам, как достичь этих желанных изменений. Иными словами, мы надеемся, что наша интеллектуальная деятельность поможет нам изменить временную и болезненную природу наших отношений с этим миром, наполнив нашу жизнь радостью и стабильностью. Такова мечта всех эмпириков, то есть всех тех, кто верит в то, что прошлые достижения человеческой расы могут стать фундаментом для его дальнейшего прогресса.

Но вайшнавы говорят, что эти бесполезные усилия, так тщательно направляемые на то, чтобы устранить препятствия на пути достижения естественных запросов человека, сами по себе являются теми путами, что мешают нам прийти к постижению истины, которая может быть воспринята нами лишь в случае полного отказа от соблазна эгоистического наслаждения (как основного принципа эмпирического исследования), который, по сути, инициирует все эти бессмысленные усилия.

Именно эта преданность перед идолом чувственной свободы не дает нашему разуму воспринять Абсолютную Истину и увлекает его на поиск несбыточного. Но это не все. Преданность чувственным желаниям — логическое следствие отвержения Истины, то есть Всевышнего. Вслед за этим сразу же приходит наказание: душа деградирует и погружается в невежество, которое наполняет ее жизнь множеством страданий. Упорство в таком поиске указывает лишь на симптом подлинной болезни, которая является ничем иным, как намеренным предпочтением невежества и страданий вместо истины. Таким образом активное противостояние истине обрекает душу на бесконечные скитания в этом бренном мире.

Но те, кто выступает против истины, не остаются в бездействии, а начинают бороться против сил добра. Они делают целью своего поклонения могущественных богов в противовес поклонению единому Господу. Они устанавливают альтернативные стандарты истины в противовес изначальной Реальности. Им позволяется совершать все это, чтобы спасти их от полного уничтожения, и дается при этом возможность получить прощение, когда они, пресытившись своими бессмысленными преступлениями, искренне раскаются в своем противоестественном безумии, настраивающем их враждебно к источнику всего блага.

Нет никаких сомнений, что в этой безумной оргии чувств представлено самое бесстыдное нарушение принципов здравомыслия, разумности, рациональности, образования и фактически всех других благочестивых качеств. Деградировавшая душа, которая с восхищением взирает на свои жалкие достижения, никогда не устает восхвалять эти извращенные склонности, осуждая при этом все, что имеет даже самое отдаленное сходство с проявлениями добра и истины.

Миряне всегда усердно посвящают себя развитию тех качеств, что вызывают зависть в других людях, и при этом смеют заявлять, что надеются однажды установить «царство Божие» на этой земле!

Иллюзорная энергия дает им достаточно свободы, чтобы они могли действовать согласно своим предпочтениям и ни в чем себе не отказывали. Так они оказываются в положении, исполненном опасностей, трудностей, желаний, невежества, порока и всевозможного зла. Это их состояние целиком обусловлено и надуманно. Они — страшные дети своей своенравной злобы и безумия, которые служат противоестественным оправданием их поступков и дают возможность продолжать их нечестивую и глупую деятельность, являющуюся, по сути, вызовом против истины.

Без сомнений, это самая отвратительная картина достижений и стремлений человеческой цивилизации. Едва ли возможно представить более пессимистичное положение, чем нынешнее состояние дел в этом мире. Легко осуждать безумие и пороки человечества и презрительно насмехаться над неудачными попытками людей улучшить тяжелую судьбу человеческой расы, которые берут свое начало в глубокой жалости к падшему состоянию человека. Но не является ли такой пессимизм более худшей формой зла, чем то, что этот человек стремится осудить?

Таково конструктивное оправдание атеизма. С другой стороны, это доказывает бесплодность всех этих достижений. Это верно в том отношении, что несомненно существует самое изощренное проявление бесплодного пессимизма, под влиянием которого человек ничего не хочет делать, лицемерно оправдываясь отсутствием достойных дел, однако в действительности он поступает так, лишь чтобы жить праздной жизнью за счет тех, чьи пороки он осуждает, и в качестве награды за выполнение долга по осуждению тех, кого хочет эксплуатировать. В царстве иллюзорной энергии плохие вещи происходят парами. Так этот никчемный оптимизм противопоставляется крайнему пессимизму, и трудно сказать, что из них хуже, а что лучше.

Тот пессимизм, что согласно своему извращенному уразумению мы можем усмотреть в отношении вайшнава к этому миру, не является результатом антипатичной и лицемерной жадности, лености и преступного намерения. Вайшнавы не соглашаются с деятельностью мирских людей на том основании, что люди этого мира не действуют в действительности, а лишь обманывают себя демонстрацией деятельности.

Те, кто находится в рабстве у грубых чувств, не могут не смотреть на все через призму недальновидного восприятия, которое благоволит лишь к действиям, по всей видимости, обещающим временную отсрочку от самых неотложных нужд и проблем, которые мешают им вести беззаботное существование. Любая форма деятельности, что имеет своей целью достижение непринужденной и комфортной жизни, — лишь опасная и ханжеская форма лености и бездействия, и поэтому подлежит осуждению. Вайшнавы свободны от оков грубых чувств, вызывающих такое недальновидное восприятие, и никогда не опускаются до продиктованных праздностью попыток выудить крохи счастья у матери-природы благодаря предосудительному злоупотреблению естественными устремлениями человека. Такова извращенная и внешне непосредственная жажда наслаждений, которая всегда норовит обмануть истинное здравомыслие чистой души. Эта порочная привычка происходит из-за страстного и исключительного стремления к внешним и случайным целям.

За все страдания и невежество этого бренного мира полностью ответственно то направление, которому следует человеческая цивилизация благодаря такому некорректному использованию интеллекта падшей души. Это происходит под деморализующим и разлагающим влиянием их предрасположенности к мирским и временным наслаждениям. Это неверное направление следует исправить, если мы действительно желаем вернуться в свое естественное состояние совершенного сознания, которое одно может гарантировать возможность рационального использования всех благочестивых качеств. Цель человеческих интересов не лежит в царстве бренной материи. Материалистичная цель никогда не может основываться на требовании индивидуального или всеобщего благосостояния на постоянной или истинной основе.

Достижения этой неверно направленной цивилизации нельзя записывать на счет нашего искаженного восприятия. Необходимо правильно оценить положение, отведенное провидением в системе этого феноменального мира. Наш интеллект не может ничего создать. Он может лишь отождествить себя с определенной линией поведения. Но фактическое развитие событий никогда не зависит от какой-то теории, которая может оказывать влияние на наши действия. Зачастую нас вынуждают действовать против своих убеждений. Мы должны всегда идти на компромисс. Поэтому будет неверным утверждать, что фактические достижения современной цивилизации — это по большей части продукт наших интеллектуальных усилий.

Было бы правильнее сказать, что наш разум еле поспевает за текущими событиями, пытаясь приспособиться к изменяющимся обстоятельствам с целью получения своей доли беззаботности и комфорта. Интеллект не должен притворяться, что верит в то, что события этого мира направлены лишь на жалкую цель содействия извращенным желаниям коррумпированного человечества, или же что он (интеллект) порожден безнравственными и предосудительными поступками падшей души. Зачастую такое положение дел подразумевается, чтобы оправдать следование тому курсу, который в действительности не несет ответственности ни за какую часть этих достижений.

Нет нужды полностью отрицать факт эволюции, чтобы опровергнуть требование тех действий, что вдохновлены эмпирическими теориями и нацелены на сознательное развитие мирских способностей в качестве единственной и в заметной мере эффективной мотивированной силы, стоящей за достижениями материальной цивилизации. Являясь исключительно продуктом иллюзорной энергии Бога, богини Майи, материальная цивилизация движется вперед в своем триумфальном шествии, ослепляя своими достижениями, при этом обманывая и увлекая за собой разум человека. Это калейдоскопическое шоу укрепляет веру человеческого разума (несмотря на его жалкое состояние) в то, что, подчиняясь силам материальной природы, можно достичь всего, а благодаря даже малейшей попытке стать независимым от ее утроб, порабощающих живое существо, можно потерять все.

Однако такое видение эволюции может болезненно затронуть самолюбие эмпириков, которые рассчитывают обеспечить себе львиную долю наслаждений с помощью этих достижений. Стремление к чувственным удовольствиям в действительности никак не может повлиять на ход событий этого мира. Напротив, оно не дает душе участвовать в реальном движении. К тому же падшая душа в своем загипнотизированном состоянии совершенно не склонна постичь или даже заподозрить, что находится в рабстве невежества. Душа опьяняется тщеславием от своих прошлых, нынешних и будущих мирских успехов, не осознавая, что у нее нет никаких дел за столом, который жестокая Чаровница (Майя) сервирует нескончаемым потоком изысканных блюд, что манят издалека восхитительными наслаждениями, но на деле приводят лишь к разочарованию. Эти истинные танталовы муки всегда сводят на нет безумные попытки падшей души утолить свою вечную жажду.

Падшая душа не в силах оборвать все отношения с этим миром. Она совершенно не желает избавляться от всех иллюзий. Но как только ею овладевает такое стремление, она начинает искать путь освобождения. На начальных этапах она полагается на свой разум, считая, что он в силах освободить ее из когтей иллюзорной энергии. Однако Майя невероятна могущественна и держит стремящуюся душу в железных рукавицах. Когда падшая душа понимает невозможность избавления, она считает мудрым прийти к любым возможным соглашениям, пытаясь выторговать приемлемые условия у своего врага. Но этот враг слишком умен и понимает все трудности ее положения и в полной мере пользуется этим, помещая свою беспомощную жертву в еще более зависимое положение. К этому неизбежно приводят все усилия падшей души, пытающейся освободить себя посредством эмпирического знания. Это еще сильнее погружает ее в рабство материальной природы и соответственно увеличивает степень ее невежества и страданий.

Эта внешне непорочная цивилизация, которую падшие и извращенные души принимают с таким восторженным энтузиазмом, не так невинна, как выглядит на первый взгляд. Как только душа направляет свои помыслы на использование научных изобретений в целях собственного наслаждения, она вынуждена пожинать страшные, но полностью оправданные последствия своего своенравного безумия. Хотя сравнительно легко осуждать безнравственные проявления современной цивилизации, не так-то просто сформулировать принципы правильного поведения в этом мире. Попытки в этом направлении были предприняты падшей душой и выражены в эмпирической науке об этике. Эта наука основывает свои рекомендации на доскональном изучении нашей психической деятельности. Предполагается, что ум не способен постичь истину из-за несовершенств, которые можно исправить самостоятельно. Поэтому рекомендуются методики самоанализа, благодаря которым можно заглянуть внутрь себя и понять природу ума. Мышление используется для объяснения самого себя. Это приводит к постоянному увеличению дальнейшего размышления относительно направления и содержания мысли. Но это лишь еще больше все запутывает, и уставший интеллект теряет интерес к этому исследованию, требуя быть мудрее в его бесполезном поиске, поскольку может теперь с уверенностью заявить, что невозможно своими собственными усилиями достичь знания о подлинном положении дел. Поэтому следует признать, что весь умственный поиск истины — это лишь движение по замкнутому кругу.

Суммарный результат этих этических изысканий состоит в усилении оппортунистического отношения, которое в свою очередь разрушает нашу веру в само существование (?) Абсолюта.

Священные писания единогласно утверждают, что душа по своей природе нуждается в должном подчинении принципу Абсолютной Истины через посредничество посланника, на которого не влияют сиюминутные безрассудные желания. У души нет никакой необходимости в обладании вещами этого мира или отказе от них. Наши умы неспособны принять что-либо из этого мира, не отказавшись при этом от чего-то другого, или же отказаться от чего-то, не приняв взамен множество других вещей. Так называемая «золотая середина» не является «золотой» вообще, а лишь указывает путь обычного развития событий. Это банальное и неудовлетворительное представление, которое принимает сбитая с толку душа, веря в то, что это сведет к минимуму все ее беспокойства и затруднения. Все эти методы порождены тщетными попытками запутавшегося разума разрешить все свои трудности своими собственными усилиями. В этом также представлены различные аспекты всеобщих усилий получить максимум мирских наслаждений.

Но тот, у кого есть подлинный опыт истины, должен непременно быть выше всех сиюминутных и безрассудных желаний. Вайшнав осознает абсолютного Господа, которому он служит. Его поведение в этом мире полностью направляется светом служения истине. Он способен с легкостью контролировать свои чувства. Тогда как запутавшиеся миряне, будучи рабами своих страстей, ошибочно принимают самообладание преданного истине за недостаток сообразительности и сноровки. Вайшнавы, несомненно, сообразительны и деятельны, поскольку их поведение совершенно естественно и единственно приемлемо для этого мира. Они не сдерживают и не дают волю своим чувствам в отношении вещей этого мира. Понять то, для чего они используют свои чувства, могут лишь те, кто сами не находятся в рабстве чувств.

Беда в том, что люди, которые сами погружены в поиск чувственных наслаждений, зачастую необоснованно полагают, что вправе судить о возвышенном и чистом понимании вайшнавов. Они видят, что внешнее поведение вайшнава не имеет никакой связи с земными устремлениями и не направлено на пропаганду чувственных наслаждений. Они, естественно, ставят это под сомнение, поскольку не находят того, что ищут. Хотя простое наблюдение со стороны может не побудить применить разум для заботы о благе души, однако понимание эзотерического аспекта помогло бы человеку отказаться от этого постыдного педантичного восприятия.

По милости Шри Гаурасундара, пришедшего в облике ачарьи, нашему взору открывается школа духовного образования, имеющая свое вечное существование в царстве Бога. Светские университеты обучают своих абитуриентов мирским специальностям с помощью различных интеллектуальных методик, разработанных специально для этой цели. Они проводят тщательно продуманные образовательные курсы, посвященные различным областям эмпирического знания, воплощающего в себе предположения и гипотезы человека об устройстве этого феноменального мира. Они справляются с этой задачей посредством звука, являющегося бесценным даром всемогущего Господа. Ясно выраженный звук в форме письма или разговорного языка позволяет человеку формулировать, передавать и накапливать базу человеческих знаний, содержащую в себе опыт человеческой расы. Университеты представляют собой центры образования, где это знание излагается методическим образом.

Ценность эмпирического знания человека точно выражена в афоризме «знание — сила». Мечта человека состоит в том, что всемилостивым провидением ему будет уготована роль владыки этого мира. Он любит наслаждаться благами этого мира, но считает, что его сковывает незнание законов материальной природы. Чтобы усилить свое наслаждение, ему необходимо установить свои подлинные отношения с природой. Согласно эмпирическому пониманию, эти отношения видятся как полное господство человека над природой. Пытаясь компенсировать одни силы природы за счет других, человек желает подчинить материальную природу своим целям, то есть сделать ее средством безграничного чувственного наслаждения.

Также считается, что на пути к этой цели уже достигнут достаточный прогресс. Но по иронии судьбы эти современные открытия всегда искажаются последующими изобретениями, создаваемыми с целью укрепления власти человека над материальной природой и представленными в качестве величественных достижений современной цивилизации и ее научной мысли. Миром сегодня управляют технические приспособления, которые позволяют человеку использовать силы природы в своих целях. Это также утверждается (без сомнений несколько несостоятельно) теми эмпириками, которые владеют цитаделями религии по всему миру в согласии с замыслом провидения, и поэтому это приравнивается к служению Богу в согласии с наставлениями священных писаний различный верований. В действительности религиозно настроенные эмпирики самоуверенно надеются однажды доказать при помощи науки мудрость всех религиозных заповедей. Единственная небольшая трудность, которая стоит на пути такой научной интерпретации священных писаний, состоит в том, что сама наука никогда ни в чем не уверена. Конечно, любой человек может придерживаться мнения, как это открыто делают множество известных и успешных лидеров человечества, что Абсолют (Бог) — это выдумка, а так называемые священные писания нуждаются в постоянном пересмотре и редакции. Тогда (если бы они открыто сказали, что Бога нет) их позиция была бы кристально ясна — решись они продемонстрировать публике свои песочные замки, невзирая на фундаментальные возражения самих писаний. В священных писаниях сказано, что материалистичные люди постоянно пытаются полностью отделить религию от жизни. По сути, она расценивается как величайшая угроза успеху науки в деле обеспечения благополучия человечества. Эмпирики придерживаются мнения, что религия несовместима с наукой, хотя и не могут этого доказать. То, что постижение Абсолюта возможно лишь по Его беспричинной милости, говорит о крайней бесполезности всех научных исследований. Таким образом, убежденный эмпирик в качестве самооправдания вынужден отрицать само существование Абсолюта.

Религиозно настроенные эмпирики понимают трудное положение ученых-эмпириков. Они спешат построить «примирительный мост», который помог бы подчинить религию науке. Существуют различные методики, благодаря которым эта политика подчинения всячески приукрашивается, что делается для облегчения ее принятия. Самым популярным считается метод научной интерпретации практик и доктрин религии. Но в этих частичных и мнимых доказательствах присутствует мешанина религии и науки. Такое умелое нападение на религию происходит в самом лагере религии в сотрудничестве с общепризнанным внешним противником.

Те религиозные фанатики, которые объединили свои судьбы с эмпириками, занимаются дотошной мирской интерпретацией религиозных доктрин и практик. Вегетарианская диета и совершение сандхьи благоприятно для здоровья. Дыхательные йогические упражнения приводят к долголетию, и т. д.

Без сомнения, что те доктрины и практики, которые выставляются этими профессорами как религиозные, редко бывают чисты от подобных предубеждений. Так, в результате такой систематической и бесчестной интерпретации, происходит повсеместное распространение поддельных религиозных доктрин и практик. Ложные доктрины и практики возникают также благодаря деятельности так называемых «реформаторских» движений, вдохновленных мирскими мотивами. Проходит время, и эти ложные интерпретации, согласно своей давности, начинают ошибочно восприниматься как часть священных писаний.

Таким образом с самого начала создания этого мира продолжается эта систематическая и всесторонняя попытка дискредитировать и сфальсифицировать религию. Следует признать, что эмпирическая наука никогда не благоволила религии. Основанная на эмпирической науке, цивилизация обязана не только избегать затрагивание религиозного вопроса, но и всеми силами выступать против самой религии, чтобы оправдать и сохранить свое собственное существование.

Если принять утверждение, что истину можно постичь лишь методом непрерывного и безоговорочного предания духовному учителю, то это станет похоронным звоном для всех мирских университетов. Если же принять утверждение, что так называемые истины могут быть постигнуты эмпирическими методами индукции и дедукции из тех предпосылок, что поставляют несовершенные чувства людей, стремящихся к чувственным удовольствиям (которые, по сути, лишь затрудняют восприятие подлинной Высшей Истины), то это неизменно приведет к отрицанию человеческой цивилизации, основанной на эмпирической мудрости индуктивных и дедуктивных наук, содержащейся в самоотверженных (?) трудах прошлых поколений.

Это положение уже затрагивалось в рассмотрении вклада человека в «строительство» (?) цивилизации. Описанные выше утверждения предполагают, что хотя эмпирическое знание сугубо гипотетическое, но, поскольку оно затрагивает лишь временные вопросы, поэтому оно непременно должно быть верным. Надлежащее отношение к эмпирическому знанию проявлено в тех, кто ищет Абсолют. Если принять невозможность достижения истины эмпирическими методами, то как мы сможем вообще приблизиться к абсолютному Господу?

Эмпирическая наука — это не причина, а продукт вселенского процесса, который совершенно не подвластен человеку. Эмпирическая наука рекомендует рабское подчинение безжалостным и бездушным законам материальной природы, чтобы получить сомнительную и иллюзорную отсрочку от различных проблем и страданий, которые выпадают человеку от рождения по причинам, неведанным ему самому. Эмпирическая наука — это продукт и выражение этого отношения человеческого разума ко всей вселенной. Так считают все исследователи, которые стремятся найти ответы на все свои вопросы благодаря своему глубокому изучению материальной природы. Те, кто принимает это отношение, рекомендуют политику господства, надеясь стать владыками мира благодаря совершенному преданию материальной природе. Они признают, что материальная природа всесильна. Человеческий мозг, без которого было бы невозможно наше ментальное существование, сам по себе является даром этой природы. Но эта природа, которую изучают через порожденные ею самой органы чувств, действует единообразно и никогда не нарушает установленного ею порядка вещей. Цель эмпирических наук установить эту однородность ее поведения в отношении к различным направлениям деятельности природы. Эта попытка, однако, не в состоянии достичь окончательного успеха, поскольку все законы, «открытые» эмпириками, — просто гипотезы. На основании этих гипотез была созданы величайшие гипотезы в форме закона об однородности процессов материальной природы и закона материального подчинения как ее естественное следствие.

Если наступит день, когда эмпирик сможет открыть подлинные законы природы, то он достигнет положения полной зависимости от природы через такое понимание. Этот итог столь желателен, если понять, что инициатива может привести к полному самоуничтожению. Благодаря этой философии человек начинает отождествлять себя с целями природы. Но каковы в действительности ее цели? Имеет ли материальная природа вообще какую-либо цель? Почему ее деятельность кажется абсолютно однородной? Почему нельзя предположить, что у природы нет собственной инициативы, и что она сама полностью подчиняется высочайшему Владыке, обладающему собственной волей и желаниями? Что цель высшей направляющей воли в том, чтобы наказывать тех, кто подчиняется «законам» природы для обеспечения своей личной непринужденной и комфортной жизни, побуждаемой желанием материального процветания, и так все сильнее и сильнее превращать их в убежденных рабов своих земных страстей и предубеждений, что неизменно приводит лишь к увеличению, а не уменьшению их страданий?

Разнообразие материальных желаний, которое было описано величайшими эмпирическими мыслителями как ориентир величайшей цивилизации, вне зависимости от использования технических достижений, ответственно за пренебрежение духовным аспектом самого существования. Если человек может обрести счастье благодаря наслаждениям и развитым мирским способностям, естественно, что ему следует направить все свое внимание на реализацию этих возможностей и ни о чем больше не беспокоиться. У приверженцев мирского благосостояния не должно возникнуть никакого возражения в этом вопросе. Даже этика и религия рассматриваются материалистами лишь как средство достижения этой цели.

Разве эмпирическая наука в действительности стоит на пути нашего духовного, то есть подлинного благосостояния? Следует ли полностью прекратить развитие эмпирического знания? Действительно ли все то, чему мы можем научиться в наших библиотеках, это всего лишь опасное невежество и губительное безрассудство?

Вайшнавы не осуждают эмпирическое знание само по себе. Они придерживаются мнения, что это знание может дать понимание отношений души с материальной природой. Эмпирическое знание ценно лишь в том случае, когда оно помогает своему обладателю понять бесполезность этого знания. Опыт этого обусловленного существования — это лекарство, которое приходит по беспричинной милости Бога, чтобы излечить падшую душу от болезни невежества и безрассудности.

Все накопленное знание эмпириков необходимо представить заново в свете Высшей Истины. Даже в этом мире есть возможность служить Богу, если мы согласимся изучить основы духовной жизни от вечно свободных душ, которые свободны от всех пороков и ошибок. Причина всего нашего невежества — это гордость, которая восстает против этой опеки и отказывается принять ее вечную необходимость. Невежество — это не что иное, как мятеж против истины и отказ служить Богу, который проявился в Своих вечных слугах и атрибутах.

Как только человек принимает отношение полного предания слугам Бога, свет самосияющей души озаряет все вокруг и освобождает его от материалистического помрачения. В действительности душа может сиять лишь светом своих отношений с Богом. Пока человек обращен лицом к источнику всего света, его «лампа» продолжает гореть. Но как только он отворачивается от Бога, его «лампа» теряет свою способность сиять собственным светом.

Тщеславие эмпирического обучения нуждается в институте, что позволило бы ему понять свою подлинную природу. Образование этого мира сильно страдает от того, что почти никто не может научить подлинному применению разума. Простое устное принятие принципа подчинения духовному учителю совершенно недостаточно для этого. Интеллект будет упорно сопротивляться практическому применению такого подчинения. Он склонен запутываться в сетях иллюзорной энергии, представленных в искусных обещаниях эмпирической литературы. Практически невозможно уничтожить эмпирическую литературу, в точности, как и саму иллюзорную энергию. Эмпирическая литература — это дар иллюзорной энергии безбожному интеллекту. У человеческого разума нет никакой собственной творческой способности. Он не может действовать самостоятельно, а лишь подчиняется руководству. В принятии своего руководства он свободен выбирать между иллюзорной энергией и той силой, что полностью лишена вероломства. Когда он выбирает повиновение иллюзорной энергии, она дает ему способность «создавать» эмпирическую литературу, целью которой является то замешательство, которое даже хуже его навязчивой попытки объяснить необъяснимое. Эта путаница эмпирического образования питает педантичное тщеславие ученых мужей этого мира, заставляя их верить в то, что они сами творцы современной цивилизации на основе истинных принципов феноменальной природы, открытых ими силой собственного разума.

Но материальная природа всегда ревниво охраняет свои тайны от нечестивых попыток ничтожного человеческого интеллекта вмешаться в них ради извращенной цели владычества над матерью-природой при помощи такого знания. Матушка-природа никогда не откроет свои секреты интеллекту, который стремится доминировать над ней. Однако она отвечает взаимностью тому, кто вопрошает ее в духе подлинного смирения. Внешняя энергия Бога (Майя) имеет два лица. Одно направлено к ее вероломным детям и носит коварную улыбку, скрывающую ее грозный аспект. Другое лицо проявляет свой мягкий нрав и доступно взору своих послушных детей. Она направляет разум всех своих детей, но непослушные не в силах признать ее верховную власть над ними. Но поскольку она сама — верная служанка Всевышнего (самой Высшей Истины), она мягко ограничивает тенденцию своих бесстыдных детей выступать против истины, наполняя их жизнь обманом и страхом.

Эта пара-видья питха [университет духовного образования] исправит тщеславие и помрачения интеллекта, уча нас тому, как подчиниться истине. От педантического тщеславия можно излечиться, лишь проявляя покорное стремление к истине. Если правильно искать руководства материальной природы, то она направит разум на служение истине. Педанты, которые кичатся своей мирской мудростью или мирской глупостью, лишаются из-за своего тщеславия любой возможности приблизиться к царству истины.

Те, кто не хочет быть сбит с пути внешним, которое всегда обманывает невежественных людей, должен попытаться заглянуть вглубь и достигнуть истинного понимания системы образования, которое передается в пара-видья питхе. Лишь образование вайшнавов можно назвать истинным, поскольку они служат истине в каждом своем поступке. То образование, которое отделяет себя от поведения, ограничено, изменчиво, непременно ложно и обманчиво. Истинное образование должно наделять знанием истины и охватывать все поведение ученика. Это знание неотделимо от служения истине. Служение Богу пронизывает все это знание. Отвращение к служению Богу всегда исполнено невежества. Знание духовного мира подчинено и естественно сопутствует служению. Его можно получить и сохранить лишь через служение Богу, и оно всегда полно и реально. Подметальщик на Вайкунтхе знает истину, которой он служит. Педант из Навадвипы не знает истины и не желает служить. Пара-видья питха, а также его учителя и ученики стремятся постичь истину, служа Богу таким образом, который предписан для служителей истины. Это недоступно пониманию педантов до тех пор, пока они смиренно не примут положение учеников в этом университете духовного образования.

Внешне эмпирическое знание схоже с тем, что производит человеческий ум, однако это не так. Это отраженный свет призрачного огонька, который вводит в заблуждение уставшего путника. Пока мы странствуем в этой долине мрака, мы постоянно склонны принимать обманчивый свет за реальный. Но Господь посылает Своих возлюбленных слуг в эту долину мрака, чтобы они направили нас. Призрачные огоньки — неотъемлемая часть смертельно опасного болота этого мира. Их нельзя отменить или создать благодаря человеческим усилиям. Единственная возможность избежать быть обманутым ими — это прибегнуть к помощи проводника, который знает, куда идти. Если мы научимся доверять его руководству, то эти призрачные огоньки будут лишь добавлять очарования ночному путешествию по этому миру и помогут нам понять ценность истинного света, которого невозможно найти в долине мрака.

Пара-видья питха — это не образовательное учреждение, в котором человеку прививают вкус к пагубному невежеству. У него нет никакого стремления конкурировать с существующими институтами образования, предлагая разнообразие плодов дерева эмпирического знания. Педанты, без сомнения, будут шокированы этим. Пара-видья питха — это образовательное учреждение истины, абсолютного Господа, обитель которого находится в вечном царстве. Она проявляется в этом мире, чтобы освободить падшие души из тисков эмпирического знания, используя для этого всю мудрость в служении Богу. Преследование же призрачных огоньков становится безопасным и полезным делом, если мы способны с помощью истинного проводника воспользоваться этим обманчивым светом для определения пути через опасную трясину, отделяющую нас от нашего дома.

(продолжение следует)

Автор неизвестен
Переводчик: Вриндаван Чандра Дас
Редактор: Традиш Дас




English

Defensive Bulwarks against Aspersions
(part 2):
That Vaishnavas are less intelligent,
efficient, learned and tactful

Journal ‘The Harmonist
Edited by
Srila Bhaktisiddhanta Saraswati Thakur

(No. 8, Vol. XXVII, January 1930)

 

THE Vaishnavas display the utmost tactfulness in their dealings with this world. They can be mistaken as tactless only by those who have not given the subject their close attention. In fact the Vaishnavas are so tactful that it is never possible to understand the full import of their activities. The scriptures declare that the Supreme Lord Sri Krishna serves everybody in exactly the same way in which He is served by oneself. The Vaishnava possesses this tact of Sri Krishna. He is the servant of Sri Krishna and serves only Him in all his activities. He has to do so at all time and under all circumstances. But in this world he has always to deal with persons who are not at all disposed to serve Sri Krishna. Every fallen soul wants only to serve himself, or, in other words, to enjoy all facilities that are available in this world for the satisfaction of himself. The fulfilment of this purpose is not mercifully permitted by Sri Krishna because such a consummation would be completely destructive of the specific existence of the person as a self-conscious individual. But as long as the selfish disposition predominates the fallen soul wants to do nothing that is not in his judgment conducive to the suicidal goal that he has in view. Sri Krishna has to deal tactfully with this recalcitrant subject with the object of correcting his aberrations without depriving him of his freedom of will. The work is entrusted by the Lord to His deluding energy who supplies the fallen soul with the wild-goose-chase occupations of this world. Under her able management the individual soul is convinced that the arrangements of this world are perfectly suited for the realisation of his selfish ideal by means of activities in keeping with this noble purpose, devised by his own clever brain. In fact the deluding power of Sri Krishna promises the fallen soul the undisputed mastery over the universe. This promise is always dangled by the Enchantress before her victim who is offered every form of enjoyment that his paltry intelligence can conceive in the shape of rewards of his cunningly devised activities for surmounting an endless series of obstacles that are placed in the way of his enjoyments. The fallen soul, however, discovers the worthlessness of worldly facilities on attaining the object of quest. His judgment is, however, always ready with arguments in justification of his activities and suggesting modifications therein for avoiding any mistakes in future.

We thus see that the judgment as well as the inclination of the fallen soul are fully mastered by the deluding energy of Sri Krishna. But the victim of the deluding energy suspects neither actual nor possible deception at the hands of the deluding energy. He congratulates himself on his tactfulness which enables him to use alike his success and failure for the fulfilment of his purpose. He supposes his failures and his successes as equally helpful to him. In this ideal state all failure is cheerfully borne under the expectation of a grand final success.

But when we try to analyse the cause of this self-gratulation that ever accompanies the rake’s progress of the fallen soul we discover that it is wholly due to his initial misconception regarding the nature of the goal and its necessity for himself. The fallen soul supposes himself to be a bundle of passing whims and caprices and the goal as an ever-changing gratification of transitory desires. His tactfulness consists in his obstinate capacity of refusing to be disillusioned by his perpetual and inevitable disappointments. He supposes that it is his prerogative to be constantly disappointed and to be the plaything of passions and prejudices. His tactfulness consists in persevering in his attempt to extract an occasional sip of questionable happiness from a formidable conjunction of the most unpromising circumstances and discovering on attainment of such modest success that it is never worth the trouble. The tact of the fallen soul thus plays into the hands of the deluding energy of God and helps to perpetuate his ignorance and misery which are the necessary consequences of his aversion to Truth.

It is no wonder that a person who prides himself on the possession of this kind of tactfulness should congratulate himself on his own better luck when he detects the absence of the qualification in another. The Vaishnava is truly tactful as he alone can clearly realise the mercy and wisdom of delusions provided by Sri Krishna for mystifying the ignorant and selfish in the above manner. True tactfulness implies a clear knowledge of one’s own capacities, of the goal of one’s activities and of the nature of those with whom one has to deal. The worldling really possesses none of these requisites. The Vaishnavas have analysed the present existence of men and other animated beings who pass by the name of sentient objects. This is also apparently the goal of the intellectual efforts of man. But it is a goal which has ever remained unrealised by the intellectualists who are never tired of extolling the efficacy of their method in and out of season. The intellectualists regard themselves as the sole possessors of intelligence. They affect to disbelieve any method that does not allow the place of honour to the brain.

Those who are enamoured of the intellectual method are liable to forget that the direction of the intellectual activities of the mind requires to be carefully settled before any good result is expected from such effort. Intellectual effort may not be always elevating to a man as a matter of course. The intellectual expedition of the mind can as well degrade a man by means of his mundane affinities, Intelligence can be easily exerted in the wrong cause. People in this world are ordinarily employed in procuring the necessaries (?) of an enjoyable earthly existence (?) by the intellectual powers of their mind. If this does not happen to be the goal proper for such activity much harm results to a person by this pursuit of an improper course.

As soon as a person consciously experiences his intellectual awakening in this world he finds an occupation for his intellect ready-made to his hand by the cumulative exertions of the intellectualists of all past generations. He is presented with the current mode of such activities. The fashion of the Age is supposed by his well-wishers to have a preferential claim to his allegiance. He is thus as it were huddled into the conventional position by those who imagine quite gratuitously that they have been benefited by the method which they are so anxious to provide for their protege.

At any rate there appears to be a consensus of opinion that the rudimentary parts of the established system which is devised to furnish the mind with materials for expediting the acquisition of a standard occupation for the intellect are indispensable and irrespective of the goal towards which it may be actually directed. For example the educators of the young seem to have no doubt that the knowledge of reading, writing and arithmetic is indispensable and always necessarily beneficial for the learner. It is taken for granted that reading, writing and arithmetic must form the basis of all knowledge. Whit if they happen to be really fetters to shackle the intellect and prevent it from functioning freely and in its natural or proper manner? There is nothing to assure us against such a contingency.

The empiric system of education can be justified only if it could be clearly established that the empiric methods have enabled us to make any appreciable approach towards the attainment of the truth which is professed to be the goal. The whole world is confident that we are necessarily and progressively moving, nay, are also bound to move, towards the truth. It is emphatically claimed that we are the wisest generation of the world as we have the advantage of the acquisitions of all former generations in addition to those made by ourselves. But may not all these acquisitions be as but dust and ashes to the soul? May we not have been baulked of the Truth by this very useless and harmful pursuit of a radically wrong ideal of knowledge and progress?

To this the optimist will say, ‘No’ on the ground that material facilities are being progressively accumulated in course of time almost as a matter of course. It is opined that as God is merciful His dispensation is bound to be on the whole for our good even if we may not understand it. It is argued that this mundane world cannot go very wrong for any length of time without being set right by the reaction of forces evoked by its very aberrations, this self-corrective principle having been provided by the mercy of Providence Himself. But all this would be an avoidance of the question rather than an answer of it.

We find that we are being propelled from position to position by an irresistible force almost mechanically that provides everything apparently, partly at any rate, as the result of our endeavours. But we have no assurance that this swift progress through a succession of changing scenes is also a movement towards the Truth. We seem to be part and parcel of this world-movement, but completely at the mercy of it. We don’t know when this world began to exist nor when if ever it will have an end. Our knowledge is a gift of the world. It seems capriciously enough to allow us peeps into its nature which are however, always imperfect and deceptive. Can this be correctly described as a beneficent and self-corrective arrangement by providence for leading us to Truth?

This seems so unlikely to our actual experience. In the first place there is the question of ourselves as individuals. The race seems to survive but the individual to die. If I am overtaken by death in the midst of my progress towards Truth, is not all my acquisitions lost to me as an individual? Even if I believe in rebirth the case is not thereby materially altered. Does any generation accept and build on the acquisitions of the past? It would be nearer the truth to say that no generation goes by any fixed custom in this matter. It retains and rejects whatever it likes. It has almost always to reform what it retains. So it would be quite as true to hold that we benefit by our past acquisitions as that we are hampered and misled by them.

Even if it be allowed that we are on the whole benefited by the past experience of the race as it in any case tends to produce an enlarged vision we are at once confronted by the stiffest of objections viz. that the wisdom is wholly of a negative character. Is it the fate of the race to remain ever without access to the positive Truth?

What really has been the gain of the cumulative activities of the race in terms of the object of their endeavour? The object of all empiric endeavours is to ameliorate the predicament of natural objects. But those objects have persistently refused to change their nature. Those objects are related to us in a temporary and painful way. This situation is regarded by us as undesirable and is also considered as capable of being improved. We imagine that the proper occupation for our intellect is to embark on activities that will bring about the desired change. It is, in other words, hoped that the temporary and painful relationship will be changed by means of our intellectual activity into a permanent and blissful one. This is the dream of all empiricists that is of all those who have faith in the past achievements of the race as a basis on which to build for further progress in this direction.

But the Vaishnava says that these futile efforts so elaborately directed towards ameliorating the predicament of natural objects are themselves the fetters that prevent our understanding from realising the Truth Who may be accommodated by our minds if the investigating habit can shake off completely the lure of selfish enjoyment that embarks it on these useless attempts.

It is devotion to the fetish of sensuous ease that blinds our intelligence to the Absolute Truth and leads it on the quest of the wild goose. But this is not all. Devotion to a sensuous life is the logical result of aversion to Truth or the Godhead. It is quickly punished by the degradation and ignorance of the soul suffered by him in this world. Persistence in such quest is only a symptom of the real disease which is nothing less than a wilful preference of ignorance and misery to spite the Truth. This active opposition to Truth has its nemesis in this worldly sojourn.

But those who go against the Truth do not remain inactive but begin an active campaign against the powers of Good. They set up rival gods as the objects of their worship in place of the One. They set up a rival standard of truth in opposition to Reality. They are permitted to do all this to save them from utter annihilation against a possible day of redemption when they may be tired of their senseless crimes and become sincerely repentant for their unnatural folly against themselves to spite the source of all good.

There is no doubt much in this mad orgy that represents the most shameless transgression of the principles of tact, intelligence, efficiency, learning, in fact of every good quality of a positive kind. The degraded soul who gloats over his pitiful achievements is never tired of praising these perverted tendencies, by condemning everything that bears even the most distant resemblance to the Good and the True.

The worldlings are always mightily busy in the assiduous practice of these enviable qualities by whose means they profess to hope one day to be able to establish the ‘Kingdom of God’ on this very Earth?

They are permitted by the deluding power more than enough scope that is perfectly congenial to their taste, to be busy about. They find themselves surrounded by dangers, difficulties, wants, ignorance, vice and every form of evil. All this is purely concoctional and conventional. They are the dire children born of their wilful wickedness and folly to serve as an unnatural excuse for themselves to continue to be wicked and foolish for the purpose of carrying on their rebellion against the Truth.

It is no doubt a most gruesome picture of the achievements and efforts of civilized humanity. It is hardly possible to conceive of an attitude that is more pessimistic in regard to this world than the above. It is easy enough to condemn the follies and vices of humanity and also to sneer at the unsuccessful attempts for the amelioration of the hard lot of humanity that has its origin in a sense of profound pity for the fallen state of man. But is not such pessimism itself a worse form of wickedness than even what it seeks to condemn?

This is the constructive defence of atheism. It points to the sterility of achievements on the other side. It is true to the extent that there undoubtedly exists a most wicked form of sterile pessimism which wants to do nothing on the hypocritical pretext of there being nothing worthy to be done but really in order to live a life of idleness at the expense of those whose wickedness? It affects to denounce and as the reward of performing this duty of denouncing those whom they want to exploit thereby. In the realm of the delusive energy the bad things go in pairs. Bad optimism is matched by bad pessimism and it is difficult to say which of them is a shade worse than the other.

The pessimism represented by the attitude of the Vaishnavas in regard to the use that is made of the things of this world by our perverted judgment is not the outcome of unsympathetic and hypocritical greed, idleness and malice. The Vaishnavas are opposed to the activities of worldly people on the ground that the people of this world are not really active but only deceive themselves by a show of activity.

Those who are under the thralldom of the gross senses find themselves necessarily reduced to a short-sighted mentality which is disposed to be content with only such activities as seem to promise a temporary respite from the most pressing wants and difficulties which seem to interfere with its ease. Any form of activity that has for its object the attainment of a life of ease and comfort is only a dangerous and hypocritical form of idleness and as such stands self-condemned. Vaishnavas are free from the fetters of gross senses that induce such short-sighted mentality and never commit themselves to attempts prompted by idleness, for extorting an apparently happy phase for their own distorted use by manipulation of natural objects in a tactless way. It is this perverted, seemingly spontaneous, enjoying spirit which is liable to misguide the true tactfulness of an unalloyed soul. Such misguided habit is due to the passionate, exclusive desire for external, adventitious objects.

The direction that has been given to civilization by the tactless use of the intellect by fallen souls under the demoralising and enervating influence of their proneness to material, transitory enjoyments, is responsible for all the ignorance and misery of this world. This misdirection requires to be rectified if we are really anxious to regain our natural condition of perfect existence which can alone ensure real scope for the exercise of all good qualities in the rational way. The goal of human activities is not located in the realm of matter. A worldly goal can never supply the requirements of individual or communal well-being on a permanent or true basis.

The achievements of this misdirected civilization need not be credited to the account of our perverted mentality. It is necessary to have a right estimate of the position assigned to it by Providence in the scheme of this phenomenal world. Our intellect cannot create anything. It can only identify itself with a particular line of activity. But the actual course of events is never dependent on any theory that may try to influence our activities. We find ourselves often compelled to act in direct opposition of our convictions. We have always to compromise. It would, therefore, be quite improper to claim that the actual achievements of civilization are the products of our intellectual efforts to any appreciable extent.

It would be truer to say that our intellect limps approvingly behind the march of events trying to adjust itself to changing circumstances with a view to extract a measure of ease and comfort. The intellect should not pretend to believe that the march of the phenomena has behind it only the paltry object of ministering to the perverted desires of corrupt humanity or that it is in any way the product of the corrupt and tactless activities of the fallen soul. But this is often tacitly assumed to be the case in order to justify the pursuit of a course which is really responsible for no part of those achievements.

The fact of evolution need not be wholly denied in order to disprove the claim of activities inspired by empirical theories aiming at the conscious multiplication of worldly facilities as being solely or in an appreciable measure the effective motive force behind the achievements of material civilization. Material civilization is solely the product of the deluding energy of God, the goddess Maya, who marches forward in a triumphal procession of dazzling but deceptive achievements dragging along the human intellect fast bound to her chariot wheels. The kaleidoscopic show tends to sustain the belief of the human intellect in the midst of its miserable plight that it has everything to gain by its strict subordination to the power of Nature and everything to lose by the least attempt to assert itself against her Maws’ that bind its hands and feet.

This view of evolution is not, however, likely to be congenial to the vanity of the empiricists who want to have the Lion’s share in these achievements. The attitude of enjoyment cannot really have any actual effect on the march of events. On the contrary it cuts off the soul from any share in the real movement, although the hypnotized understanding of the fallen soul can never have the inclination to realise or even to suspect the nature of his bondage. He is drunk with the vanity of worldly success past, present and prospective, unaware that he has no business at the table on which a cruel Enchantress has been perpetually serving a never-ending series of dishes of viands that promise most delicious enjoyment from a distance but prove disappointing on actual experience. This veritable Tantalus’s cup is ever mocking the frantic efforts of the degraded soul to appease what seems to himself to be his unquenchable thirst.

The degraded soul cannot cut himself off from all dealings with this world. But he can wish to be undeceived. As soon as such wish takes possession of the soul he begins to look about for a means of deliverance. At the initial stages he trusts his own reason to rescue him from the clutches of the delusive energy. But the latter is far too powerful and holds the struggling soul securely in her iron grip. When the fallen soul realises the impossibility of deliverance he considers it wise to make whatever terms appear to be obtainable from his enemy. But the enemy is far too clever not to understand his plight and takes full advantage of it by imposing stricter vassalage on her helpless victim. This is the end of all efforts on the part of the fallen soul to extricate himself by means of empiric knowledge. He is thereby only more deeply committed to the slavery of Nature and a proportionate aggravation of his ignorance and misery.

So this apparently innocent civilization which is embraced with such rapturous enthusiasm by the corrupt taste of the fallen soul is not really so innocent as it looks. So long as the soul is bent upon exploiting the inventions of science for the purpose of enjoyment he is bound to reap the dire but fully justifiable consequences of his self-elected folly. But although it is a comparatively easy task to denounce corrupt dealings with civilization it is very difficult to formulate principles of correct behaviour towards the world. This has been attempted from the point of view of the fallen soul by the empiric science of Ethics. That science bases its recommendations on an analysis of our mental activity. It assumes that the mind cannot reach the Truth by reason of defects corrigible by its own effort. It, therefore, pursues the policy of making the mind analyse its own nature by looking inwards. Thought is employed to explain itself. The result is the multiplication of further thought on the processes and contents of thought. The web is only more intricately spun and the tired intellect emerges from the endeavour, claiming to be wiser by its futile quest because it can now confidently declare that it is never possible by its own efforts to attain to the knowledge of the real state of affairs. It also is bound to confess that all mental quest for the Truth is nothing more than a very illuminating movement in a vicious circle.

The net gain from ethical enquiries has been an aggravation of the opportunist attitude and a corresponding slackening of our faith in the very existence (?) of the Absolute.

The scriptures declare with one voice that the energy of the soul proper requires to be guided by the principle of the Absolute Truth through a messenger who is not embarrassed by transitory foolish desires. It is not necessary either to enjoy or discard the things of this world. Our minds ate incapable of accepting anything of this world without discarding many things or discarding anything without accepting many things in its stead. The so-called golden mean is not golden at all but is really the path that is ordinarily followed. It is the common place, unsatisfactory device that is adopted by the bewildered soul in the belief that it is likely to expose him to a minimum of inconveniences. All these methods are the products of the futile attempts of the erring intellect to find a solution of its difficulties by its own efforts. They are also different faces of the universal attempt to obtain a maximum of worldly pleasures.

But one who has real experience of the Truth must necessarily be able to rise above any embarrassment by transitory foolish desires. The Vaishnava has realised the Truth Whom he serves. He can guide himself towards this world in the light of the service of the Truth, He can control his senses most easily. Those erring worldlings who are slaves of their passions mistake the self-control of the devotee of Truth for want of dexterity and efficiency. The Vaishnavas are perfectly dexterous and efficient as they conduct themselves naturally and in the only proper manner towards this world. Their senses are neither held back from, nor let loose on, the things of this world. They use their senses for a purpose that is known only to those that are not under the thralldom of their senses.

The mischief is that persons who are themselves busy to fulfil their own sensuous gratification are often found undertaking gratuitously the task of gauzing the lofty uninterrupted knowledge of the Vaishnavas. They see that the exoteric attempts of a Vaishnava have no shadow of an earthly ambition and are not conducive to the sense-gratifying propaganda. This naturally repels them as they do not find what they seek. But though to look after the welfare of the soul proper seems to an apparent sight-seer not worthy of any display of intelligence yet the esoteric side would lead him to cross the apparent deplorable stage of the pedant.

The seminary of spiritual learning that has its eternal existence in the realm of Godhead has been made manifest to our view by the mercy of Sri Gaursundar in the form of the Acharya. The lay Universities of the world devote themselves to the task of procuring worldly facilities for their votaries by the method of intellectual activities skilfully devised for the purpose. They provide elaborate courses of instruction in the various branches of empiric knowledge embodying the speculations of man regarding this phenomenal world. They are enabled to undertake the task through that priceless gift of the Almighty viz. sound, articulated sound in the visualised form of writing and in the audible form of spoken language enables man to formulate, communicate and accumulate a body of common opinions embodying the experience of the race. The Universities are the centres of specific and systematic culture of this knowledge.

The value of empiric knowledge to man is aptly expressed in the characteristic aphorism that knowledge is power. It is the dream of man that he is destined by an all-merciful Providence to be the lord of this world. He likes to enjoy the good things of this world but finds himself thwarted by his ignorance of the laws of Nature. In order to perfect his enjoyment it is necessary for him to ascertain his true relationship with Nature. That relationship seems to the empiric imagination to be nothing short of complete lordship of man over Nature. By balancing the different Natural forces one against another man wants to be able to subordinate Nature to his purpose viz. of serving as a means of his unlimited sensuous gratification.

Very satisfactory progress is also supposed to have been made towards the attainment of the object. Though by the irony of fate the discovery of today is ever falsified by the invention of tomorrow the power which has already been secured to man over the forces of Nature seems to be concretely represented by the splendid achievements of civilization which are regarded as the product of the physical sciences. The world of today is being ruled by mechanical contrivances which have enabled man to harness the forces of Nature to the service of himself. This is also, somewhat inconsistently no doubt, proclaimed by those empiricists who are in possession of the citadels of religion all over the world as in accordance with the purpose of Providence and therefore identical with the service of Godhead as enjoined by the scriptures of the different creeds. In fact the empiric religionists (?) hope confidently to be able one day to prove with the aid of the sciences the wisdom of all scriptural injunctions. The only little difficulty that stands in the way of such scientific interpretation of the scriptures is that this science itself is never sure of anything. It is of course possible to hold, as many well-known and successful leaders openly confess to do, that there is no such thing as the Absolute and that the so-called scriptures themselves require to be brought up to date by periodic revisions of their contents. In this way everything would be made square by being built on sand against significant protests of the scriptures themselves. Religion as represented by the scriptures is in imminent danger of being suppressed wholesale. It is seriously regarded as the greatest menace to the success of the sciences in promoting the well-being of the race. Empiricists cannot but hold that religion is incompatible with science. Admission of the possibility of the revelation of the Absolute through His causeless grace seems to be an admission of the utter uselessness of all scientific enquiry. The consistent empiricist is driven by the pressure of his own logic to the denial of the Absolute in self-defence.

Empiric religionists (?) realise the plight of empiric scientists. They hasten to build a bridge of reconciliation by proposing to subordinate religion to science. There are various methods by which the policy of surrender is sugar-coated for easing its acceptance. The method that is most in vogue is that of scientific interpretation of the practices and doctrines of religion. The local and apparent is proved to be as much the substance of religion as of science. This clever attack on religion is being carried out from within the camp of religion in co-operation with the avowed foe outside.

Those religionists who have thrown in their lot with the empiricists are busy providing themselves with elaborate worldly interpretation of religious doctrines and practices. Performance of sandhya and vegetarian diet are good for the health. Breathing exercises represented by yoga lead to longevity,—Etc. Etc.

It is no doubt true that doctrines and practices that are passed off by their professors as religious are seldom untainted by such prejudices. This leads to the promulgation of spurious doctrines and spurious practices as the result of systematic and dishonest interpretation. False doctrines and practices have resulted not rarely from so-called ‘reform’ movements inspired by worldly motives. Those false interpretations that have grown old are also on account of their age themselves regarded subsequently as part and parcel of the scriptures.

So there has been going on ever since the beginning of creation a systematic and comprehensive attempt to discredit and falsify religion. It would, therefore, be strictly in accordance with fact to as art that empiric science has never been a lover of religion. The civilization that regards itself as based on empiric science is obliged not only to fight shy of religion but to oppose it tooth and nail by all its institutions in order to justify and safeguard its own existence.

It is apprehended that if the contention that the Truth can be known only by the method of continuous and unconditional submission to the spiritual preceptor, be admitted such admission would be the death-knell of the lay Universities. If the contention that the so called truths which can be learned by the empiric methods of induction and deduction from premises supplied by the defective senses by those who seek thereby the gratification of their senses are by their nature illusory and misleading and only obstruct our vision of the real Truth, be admitted such admission would necessitate the suppression of human civilization based on empiric wisdom gathered in the inductive and deductive sciences by the selfless (?) labours of past generations.

This point has already been touched in considering the share of man in the ‘building up’ (?) of civilization. The above contentions assume that because empiric knowledge is tentative and have reference only to transitory matters therefore it is bound to be true for this reason. The proper attitude towards empiric knowledge is that of the seekers of the Absolute. If it be clearly impossible to attain to the Truth by empiric methods how are we to attain to Him at all?

Empiric science is not the cause but the product of the cosmic process which is in no sense under the direction of man. Empiric science counsels slavish submission to the pitiless, insentient laws of material Nature to obtain questionable and transient illusory respite from various miseries that are supposed to be the lot into which man has been born for causes unknown to himself. Empiric science is the product and expression of this attitude of the mind towards the cosmos. It is common to all investigators who expect that they will obtain the answer to their questionings by a close acquaintance with Nature. Those who under the lead of this attitude recommend a policy of lordship hope to be her lords also by the same policy of perfect submission to Nature. They admit Nature to be all-powerful. The physical brain which is indispensable for our very mental existence is itself a gift of Nature. But Nature is observed through organs provided by herself to act in a uniform manner and never capriciously. It is the object of the empiric sciences to establish this uniformity of her behaviour in regard to different branches of the activities of Nature. This attempt has, however, failed to achieve final success in as much as the laws so far discovered, by the empiricists are no more than mere hypotheses. On these hypotheses has been built a grand hypothesis in the shape of the ‘laws’ of the uniformity of the operation of Nature and of material causation as its corollary.

If there ever come a day when it will be possible for the empiricist to find the real laws of Nature he may thereby succeed in making himself completely subordinate to Nature through such knowledge. This consummation so devoutly wished if realised would mean complete self-annihilation as regards initiative. By this philosophy a person is asked to identify himself with the purposes of Nature. But what are really those purposes? Has Nature any purpose at all? Why does her conduct appear to be absolutely uniform? Why cannot we suppose that Nature has no initiative and is completely subject to a Higher Power possessed of a will?—that it is the purpose of the Supreme guiding Will to punish those who submit to the ‘laws’ of Nature for securing their personal ease and pleasure by stimulating their desire for material well-being and thereby making them more and more the confirmed slaves of their earthly passions and prejudices, which is bound to increase and not to diminish their miseries?

The multiplicity of material wants that has been noted by the greatest empiric thinkers as the mark of a superior civilisation irrespective of the use that is made of mechanical power is responsible for the neglect of the spiritual aspect of the problem of existence. If man can be happy by the enjoyment and possession of worldly facilities it is natural that he should go about the business of obtaining such facilities with a light heart. The votaries of worldly well-being can have really no objection to such a procedure. Even morality and religion are bound to be regarded by the materialists as means to this end.

Does empiric science really stand in the way of our spiritual that is real well-being? Should the cultivation of empiric knowledge be discontinued? Is all the learning piled in our libraries only mischievous ignorance and wicked foolishness?

The Vaishnavas do not condemn empiric knowledge in itself. They maintain that such knowledge does not represent the relation-ship of the soul to Nature. Empiric knowledge is of value only if it enables its possessor to realise its worthlessness. The experience of this limited existence is the remedy devised by the causeless mercy of the Lord for curing the perverted soul of the disease of irrationality or ignorance.

The whole of the accumulated knowledge of the empiricists requires to be presented afresh in the light of the Truth. It is possible to serve the Godhead in this world if we only agree to be instructed in the very alphabets of spiritual life by eternally free souls who are not liable to err. The pride that rebels against this tutelage and refuses to abide by its eternal necessity is the cause of all our ignorance. Ignorance is nothing but rebellion against the Truth and refusal to serve Him in His eternal servitors and paraphernalia.

As soon as the attitude of submission to the servants of the Godhead is realised the light of the self-effulgent soul shines forth freed from all obscuration. As a matter of fact the soul can only shine by communicated light. So long as he has his face turned towards the source of all light his lamp keeps burning. No sooner does he turn away his face from Him than his lamp loses the power of self-illumination.

The vanity of empiric learning requires an institution that would enable it to realise its real nature. The learned of this world are badly in need of being taught the real use of the intellect. Mere verbal assent to the principle of submission to the spiritual preceptor is not enough for the purpose. The intellect is a stubborn foe to such submission in practice. It is liable to be entrapped in the meshes of the delusive energy represented by the artful promises of the empiric literature. It is as impossible to abolish the empiric literature as the delusive energy herself. Empiric literature is the gift of the delusive energy to the Godless intellect. The intellect of man has no creative force of its own. It cannot act except by direction. It is free to choose between the delusive energy and the power that is free from all guile as its guide. When it chooses to obey the delusive energy it is enabled by her to ‘create’ the literature that only serves to make the confusion worse by its officious attempt to explain the inexplicable. This tangled maze of empiric learning serves to keep up the pedantic vanity of the learned of this world by making them believe that they themselves are the creators of the civilization of this world on the basis of the true principles of phenomenal Nature discovered by the force of their intellects.

But Nature always jealously guards her secrets against the impious attempts of the aspiring, puny intellect of man to pry into them for the unnatural purpose of lording it over the Mother with the aid of such knowledge. Nature never divulges her secrets to the intellect that aspires for domination. She is, however, communicative to the intellect that questions her in the spirit of real humility. The Power of God wears two faces. The one that is turned towards her disloyal children wears a treacherous smile that covers its frowning aspect. The other face which reveals her benign nature is visible only to her loyal children. She guides the intellects of all her children but the naughty ones do not really admit her supremacy. But as she is herself the loyal servant of the Lord Who is the very self of Truth, she kindly restrains the tendency of her graceless children to offend against the Truth, by a policy of deception and terror.

The Para-Vidya Pitha will correct, the vanity and aberrations of the intellect by teaching us to submit to the Truth. The vanity of a pedant can be cured only by the appearance of the submissiveness of the student to the Truth. If the direction of Nature is sought aright, she will guide the intellect to the service of the Truth. The pedants who are vain of their worldly wisdom or worldly foolishness are alike prevented by their vanity from all access to the realm of the Truth.

Those who do not want to be grossly misled by appearances that are sure to deceive those who want to remain ignorant, should try to dive below the surface to get at the real significance of the system of education that is imparted at the Para-Vidya Pitha. The Vaishnavas alone are learned in the real sense as they alone serve the Truth in all their activities. The learning that is capable of divorcing itself from conduct is limited, changeable and necessarily false and misleading. True learning should impart the knowledge of the Truth and comprehends the whole conduct of the learner. Such knowledge is co-existent with service. The service of Godhead is replete with all knowledge. Aversion to the service of Godhead is ever full of all ignorance. Knowledge on the spiritual plane is subordinate to and the natural accompaniment of service. It cannot be obtained or retained except as the corollary of service and is always full, being real. The sweeper in Vaikuntha knows the Truth Whom he serves. The pedant in Nabadwip does not know the Truth Whom he is unwilling to serve. The Para-Vidya Pitha and its teachers and students aspire for the knowledge of the Truth by serving Him in any way that is permitted by the servants of Truth. This cannot be intelligible to the pedants unless they really submit to serve their term of pupilage in this University of spiritual learning.

Empiric knowledge appears to be of the nature of a product of the human mind but is not really such. It is reflected light of the will-o-wisp variety that leads astray the benighted wayfarer. So long as we have to travel in this vale of darkness, we run the risk of mistaking the deceptive light for the real one. But the Godhead sends His own beloved ones to this vale of darkness to serve as guides to direct our steps. The will-o-wisps are part and parcel of the dreary moor of this world. They cannot be abolished or produced by human effort. It is only possible to avoid being misled by them by availing of the help of a guide who is acquainted with the locality. Once we learn to trust his guidance the will-o-wisps only add a charm to the nightly adventure of the worldly sojourn and help us to realise the value of the true light that is not to be found in this world.

The Para-Vidya Pitha is not an educational institution to enable us to cultivate the taste for suicidal ignorance. It has no ambition of competing with the existing educational institutions by offering a special variety of the fruits of the Tree of empiric knowledge. The pedants will no doubt feel scandalized by this news. The Para-Vidya Pitha is the educational institution of the Truth Who has His abode in the eternal realm. It appears in this world to free the fallen soul from the clutches of empiric knowledge by employing all learned activities in the service of Godhead. The chase of the will-o-wisp is rendered safe and profitable if we are enabled by the help of a trusty guide to avail of its treacherous light to find our path across the dangerous bog that separates us from our home.

(To be continued)

The author is unknown


Главная | Миссия | Учение | Библиотека | Контактная информация
Пожертвования